Расшифовка магнитофонной записи, сделанной человеком из окружения Михалкова, присутствовавшим на белостобовском пленуме. Расшифровка произведена стенографисткой, которая кого-то не расслышала, кого-то не поняла, кого-то не распознала. Я внес правку только в то, что говорил сам (по памяти). Виктор Матизен.

Михалков Н.С:*. Друзья, еще раз благодарю вас за то, что вы все приехали, вы собрались. Формально * слово глава администрации Дмитрий Игоревич Городецкий, который, собственно, является хозяином всей этой *, на которой мы находимся, и *.
Городецкий Д.И.: Добрый день. Уважаемые светила кинематографии, для нас большая честь на заседании Союза кинематографистов на домодедовской земле. Говорят, что культуре, как порядочной женщине, можно не платить, но сегодня такие времена, когда жертвовать приходится многим, пожалуй, всем, кроме культуры, она остается, когда уже все остальное обрушено, потрачено, утрачено или испорчено. Мы это хорошо понимаем и в этом году в тяжелейший кризисный период вдвое с лишним увеличили финансирование культуры по сравнению с предыдущим годом. И хотя у нас мало народных артистов, но есть «Госфильмофонд» и мы первые в стране по гражданской авиации, сельскому хозяйству, дорожным делам, строительству и многим другим направлениям. И нам очень хочется, чтобы вершина интеллектуальной надстройки страны, каковой является кинематография, была чаще на нашей земле представлена главными мэтрами. Мы приглашаем Союз кинематографистов впредь считать «Госфильмофонд» России, как особо ценный объект, как объект, занесенный в книгу Гиннеса, как просто место, где живут хорошие люди, самоотверженно работают, избрать местом постоянной дислокации Союза кинематографистов «Госфильмофонд».
Михалков Н.С.: После вчерашнего собрания принято предложение за основу. Нам нужно следующую информацию чтобы вы получили, на 10 часов 30 минут зарегистрировано 35 членов правления из 50, 10 отсутствуют по уважительным причинам, 5 по еще нам неизвестным. Кворум проведения пленума 26 человек, кворум имеется, предлагаю начать второй пленум 7-го созыва, прошу членов правления голосовать карточками за то, чтобы пленум мы открыли, так как кворум у нас имеется. Кто за то, чтобы открыть пленум? Кто против? Воздержался?*.
Я так понимаю, что мы имеем право считать, что пленум наш открыт? Проголосовали за него большинство. Если вы не возражаете, * наш пленум провести вместе с Сергеем Владимировичем, вы все его знаете, *, если у вас есть какие-то другие соображения, выскажите, пожалуйста. Если нет, то давайте приступим к работе. Согласны ли вы с тем моим предложением, которое я сейчас выскажу, если да, прошу поднять руки. Кто против, кто воздержался? Принято единогласно. Нам необходимо избрать рабочие органы, редакционную, счетную комиссию, из предложений избрать редакционную комиссию в составе трех человек, я передам бразды правления Сергею Владимировичу, чтобы он формальности зачитал.
Сергей Владимирович: Редакционная комиссия предлагается в составе Бокарев, Екатеринбург, Арсеньев и Лазарук, три человека будет достаточно для подготовки всех документов, тем более роздали все, поэтому какие-то замечания, я думаю, в состоянии *. Кто за то, чтобы редакционная комиссия была в этом составе? Кто против? Воздержался? Принято единогласно. Значит, счетная комиссия *подсчета, надо * открыто, закрыто, будем с вами решать, предлагаю в составе трех человек избрать. Это Седов (Нижний Новгород), Мускильдин (Уфа) и Высоцкий (Москва). Есть другие кандидатуры или предложения? Кто за данный состав счетной комиссии, прошу поднять руки. Прошу опустить. Кто против? Воздержался? Единогласно. Я думаю, что нам надо утвердить повестку дня нашего сегодняшнего пленума, она предлагается в таком порядке. Первый вопрос – о наказах правления председателю СК России участникам внеочередного чрезвычайного съезда общего собрания СК России 30-31 марта 2009 года.
Второй вопрос – об основной комиссии и ее персональном составе, следующий – о создании филиалов и представительств СК России в субъектах Российской федерации. Об утверждении бюджета СК России на 2009 год. О персональном составе секретариата Союза Кинематографистов России. О создании международного содружества Союзов кинематографистов Российской Федерации и Белоруссии, о пенсионном фонде СК России, о положениях, регулирующих деятельность СК России, о приеме членов СК России, и в финале рассмотреть разом все те насущные вопросы, это частные вопросы, которые вы можете рассмотреть.
Михалков Н.С.: Есть одна некая проблема, которую надо решить, чтобы не выглядеть страусами. Господин Матизен пришел сюда с требованием, чтобы он присутствовал на нашем пленуме. Не хотелось бы мне думать, что это просто чистая провокация, потому что господин Матизен, мы знаем, что произошло на съезде, где 800 человек проголосовало, чтобы он был исключен из Союза за абсолютно беспрецедентное, некорректное и не вписывающееся ни в какие рамки поведение по отношению к своим коллегам. Я хочу вашего решения здесь, потому что в данном случае вы должны для себя определиться, как мы поступаем. Или мы уважаем свои решение или мы их не уважаем и в этом случае, я боюсь, что все наши дальнейшие решения, они перестанут иметь всякое значение. Поэтому вопрос заключается в следующем сегодня. Вы сами знаете, может, кто-нибудь из юристов? Иван, может, вы расскажете, как процессуально это должно сегодня выглядеть, потому что господин Матизен считает, что он, как член правления того, имеет право на то, чтобы находиться здесь, и это все вместе взятое достаточно выглядит, прямо скажем, несуразно.
Матизен В.Э.: Согласно действующему уставу, руководители Гильдий входят в состав правления и секретариата СК. Все решения, противоречащие этому уставу, являются незаконными. Съезд, собрание, кто угодно не может идти в противоречие с положениями действующего устава, не отменив сам устав. Вы не смогли его отменить и не смогли принять новый устав. Если бы вы его приняли и он вступил в силу, меня бы здесь не было. Но пока согласно уставу я являюсь членом правления и уж точно секретарем Союза по должности, и являюсь членом Союза кинематографистов, потому что ваше собрание не имело права меня исключать. И имею право присутствовать на этом пленуме.
Иван Логунцов: Во-первых, то, что сказал Матизен, это не соответствует действительности. Действующий устав, действительно, он остается и действовал на чрезвычайном съезде и остается на сегодняшний день. Если этот устав, о котором говорит Матизен, находится, я его держу в руках, находится на сайте Союза кинематографистов, мне правда его передал коллега, распечатал с сайта Союза кинематографистов, я просто позволю зачитать, кто является членом правления. Членами правления, помимо избранных на съезде, являются руководители структурных подразделений, просто, видимо, Виктор не дочитал до конца, подумал, что Гильдии, руководители структурных подразделений Союза Кинематографистов России в статусе региональных организаций, в которых количество членов СК России не менее 150, избираются в правление по должности, что и было сделано посла мартовского съезда. И более того, статус членов правления Союза кинематографистов, он был подтвержден Минюстом, то есть были избраны порядка 35 человек на съезде и остальные, включая *, они по должности вошли, как члены региональных отделений, как руководители региональных отделений. Что касается руководителей Гильдии, то действительно устав предусматривает их автоматическое включение, но не в правление, а в секретариат. Матизен не может быть членом Правления.
Матизен В.Э. (с места). Достаточно того, что я секретарь.
Михалков Н.С.: Спасибо большое. Теперь давайте, коль вопрос встал таким углом неожиданным, я не предполагал, что господин Матизен будет претендовать еще на то, чтобы быть членом правления после того что произошло на съезде. Я хотел бы тогда поставить на голосование следующее. Мы будем зачитывать изречения господина Матизена в адрес своих коллег?
Матизен В.Э. (с места). Зачтите, зачтите.
Михалков Н.С. Или вы их знаете и мы не будем сегодня начинать нашу встречу с той гадости, которой мы уже успели наслушаться и начитаться? Поэтому я прошу вас утвердить то решение, которое было принято на съезде, будет оно легитимно, нелегитимно, решат суды и обращение господина Матизена. Я прошу поставить вопрос на голосование об утверждении желания большинства подавляющего, 800 человек, членов Союза за некорректное и абсолютно несовместимое с представлением о содружестве творческом, подтвердить это желание большинства и подтвердить исключение Матизена из членов Союза Кинематографистов. Убежден, что, допустим, если он поймет, что так нельзя общаться с людьми, на следующем съезде съезд может принять это решение и восстановить его в членах Союзе кинематографистов. Кто за это предложение? Кто за то, чтобы это решение было подтверждено? Кто против? Кто воздержался? Замечательно. Подавляющим большинством голосов это решение принято.
Матизен В.Э. (с места): Посчитайте голоса, интересно же.
Михалков Н.С.: Пожалуйста, посчитаем голоса. Пожалуйста, еще раз, кто за то, чтобы подтвердить. Пожалуйста, счетная комиссия. Посчитали? Руки, пожалуйста, поднимите выше. 30 человек. Кто против? Кто воздержался? Три.
Матизен В.Э.: Сколько из них членов правления?
Реплика: 34.
Матизен В.Э.: Так сколько все-таки? Дайте посчитать и заодно посмотреть, кто поднял руку.
Михалков Н.С.: Давайте мы удовлетворим господина Матизена, пожалуйста, поднимите руки, пусть теперь Матизен считает. Кто за то, чтобы это было совершено. Пожалуйста, считайте, господин Матизен. Плюс 4 доверенности. Хабенский, Наумов, Пореченков и Ливанов, плюс 4 человека, которые дали мне доверенности.
Матизен В.Э.  А формулировка какая? На собрании вы мне раскольничество приписали, а сейчас?
Михалков Н.С.: Вы ее услышите, господин Матизен. Жалко, что мы начинаем работу с такого негатива, но ничего не поделаешь, слава богу, что все происходит пока достаточно позитивно. Господин Матизен, будьте любезны, покиньте, пожалуйста, наше собрание. У вас есть суд, у вас есть много всяких возможностей, так сказать, его обжаловать, мы в демократическом обществе, никто вас не лишает гражданства, слова, права, можете обращаться в инстанции, которые могут вам помочь. Итак, решение принято.
Друзья, что хотел сказать, это касается, кстати говоря, того, что произошло. Я повторяю еще раз, я абсолютно открыт к любым диалогам, со всеми, кто протестует, не согласен и так далее. Единственное, о чем я прошу, чему я хотел бы следовать, это должно происходить в цивилизованном образе, человекообразном, без оскорблений друг друга, родителей, без того, чтобы писать о том, что хватит, наконец, сил у членов Союза кинематографистов остановить зарвавшегося барина и его холуев.
Михалков Н.С.: Это все непристойно, само по себе это говорит не о господине Матизене, это говорит о том принципе, который…
Матизен В.Э. (с места): Непристойно цитировать частные письма.
Михалков Н.С.: Еще раз - потрудитесь покинуть пленум.
Матизен В.Э. (уходя): Ваш пленум, ваше собрание в Гостином дворе и мое исключение - незаконны.
Михалков Н.С. Это говорит о болезни и о болезни общества. Это говорит о том, что вседозволенность, разнузданность, с которой общаются средства массовой информации друг с другом и с нами, вообще с народом, телевизионные передачи, которые влезают в личную жизнь, не важно, хочет человек того или не хочет, который оскорбляет каких-то людей. Притом не важно, он шубу украл или у него сперли, не имеет значения, важна волна, натиск, наглый натиск на человеческую личность. Я думаю, что сегодняшнее решение наше, оно подтверждает, что не все с этим хотят мириться. Именно поэтому мы сегодня будем рассматривать вопрос о создании Комиссии по этике, о кодексе этическом. Кстати говоря, я буду просить Генриха возглавить эту комиссию, я думаю, что это непререкаемый авторитет для большинства из нас, человек, прошедший жизнь, человек никогда не крививший душой. Я знаю, что Генрих сейчас не очень здорово, но все-таки я очень хотел бы, чтобы он дал согласие, хотя бы предварительное для того, чтобы потом собрать сильную команду и дать возможность не в суды обращаться сразу, не хамить друг другу, а просто чтобы эта комиссия коллег рассматривала те жалобы, те претензии, которые могут возникать друг к другу. Хватит все время, возможно, это известный человек, который чуть ли каждый день появляется по телевидению, господин Гусман говорит, что я подтверждаю, что *, это говорится публично, что это такое, как можно?
Один из членов Союза кинематографистов Петербурга, господин Татарский матом кроет, называет вообще непристойными словами актрису, вы понимаете, это все непристойно, неприлично просто. Просто неприлично. И поэтому я очень надеюсь, что эта комиссия, наконец, возьмет в руки возможность опускать то, что происходит.
Я вчера докладывал, я знаю, что вчера не все были наши члены правлении. Что я хотел сказать, есть две, о чем я хочу доложить. Вы знаете, что была встреча, в ней принимал участие наш Президент, и вы знаете, что решением Правительства почти 4 миллиарда рублей передаются ВГИКу на переоснащение, на строительство и так далее. Это абсолютно потрясающая совершенно новость, потому что я очень надеюсь, что ВГИК с этими возможностями станет реальной кузницей творческих кадров нашего кинематографа, это очень важно. Второй вопрос, который я бы хотел вам доложить, мы разрабатываем систему, систему уникальную, которая позволит, если она будет принята, стократно, как минимум, повысить уровень существования наших старших товарищей. Статистика печальная. 5040 членов Союза кинематографистов, из них более 4 тысяч – это пенсионеры, 4 тысяч. И поймите, что из этих 4 тысяч минимум 85%, люди которые живут тяжело. Минимум. То есть те, кто в пенсионном возрасте себя обеспечивают, есть те, кто в глубоком пенсионном возрасте не работают, но их обеспечивают семьи, дети, внуки, а есть те, кто просто, мало того, сами не обеспечены, еще и вынуждены помогать своим менее обеспеченным родственникам. Катастрофическое положение, по большому счету это просто тоже неприлично, это также неприлично, как хамить таким образом, как это делают некоторые наши оппоненты.
Поэтому, если бог даст, но должен вам сказать, что дано поручение Президента и дано поручение премьер-министра, это уже много значит, поручение которое дано Жукову, вице-премьеру, я вчера с ним встречался. На нашей встрече была представительница Госдумы, экономического их комитета Наталья Ильинична, механизм абсолютно реальный, конечно же, который встретит сопротивление в Думе, это естественно, в Минфине. Но тот оптимизм внутренний, пусть сдержанный, но которого я никогда не видел раньше, когда обращался с такими просьбами к руководству, он меня все-таки обнадеживает. Если это будет, то это очень серьезно, это около 800 миллиардов рублей в Союз, это практически можно поправить очень большое количество наших бед, которые грядут или уже существуют. Плюс к тому, я думаю, я разговаривал с Президентом Абхазии, господином Багапшем по поводу Пицунды, она кому-то принадлежит, как всегда бывает с такой недвижимостью, если будут деньги, и политическая воля, надеюсь, наших руководителей, то мы можем вернуть Пицунду.
Вы понимаете, вот так, как мы хотим, не бывает ничего, нужно пройти через все то, через что мы проходим для того, чтобы какой-то увидеть свет в конце тоннеля. И тогда поймут, что ни красть собираются, а наоборот сделать, но для этого нужны, конечно, то, что называется, терпеж, выдержка и консолидация. Еще раз хочу с удивлением и восхищением повторить, что 30-31 марта Союз проявил невероятную, абсолютно ту внутреннюю консолидацию, когда люди понимают, что люди если не поверят в эту секунду друг другу, то по одному их переколотят. Поэтому я хочу вас поблагодарить, потому что очень было очень впечатляюще, и как сказал однажды мне один серьезный человек – для того, чтобы не жаловаться на судейство, нужно выигрывать за явным преимуществом. Я думаю, что мы как раз продемонстрировали, что можем выигрывать за явным преимуществом, когда мы понимаем, что между истиной и ложью компромисса нет, это очень важно понимать. Спасибо.
 В связи с консолидацией, я был в Питере, мы беседовали с Дмитрием Дмитриевичем, председателем Союза питерского в присутствии губернатора Матвиенко Валентины Ивановны, и мы пришли к выводу, единственно правильному решению, не может быть в Союзе, российском Союзе еще других союзов, мы должны возвращаться к системе отделений – московскому, питерскому, отделениям союза. Почему? Я понимаю, что красиво звучит, председатель правления Союза такого-то, такого, но мы не сможем помогать тем членам нашего общего Союза, которые будут юридически не иметь права на эту помощь. И поэтому я просил господина Месхиева и меня поддержала Матвиенко, что она публично и громогласно заявит о совершенном согласии с этой идеей, привести устав Союза питерского в единое русло Союза кинематографистов России.
Могут образовываться любые союзы, пожалуйста, московский, питерский, но они не будут иметь отношения к нам, они не будут иметь права иметь пользоваться тем, чем будут пользоваться члены Союза кинематографистов России, они могут собираться, московский в садике Большого театра, питерский на Дворцовой площади, но все, что находится внутри Союза будет принадлежать только членам Союза кинематографистов, будь то региональное отделение его или московское, центральное. Думаю, что здравомыслящие люди поймут, разговор идет не об амбициях моих, скажем, ибо я когда тогда сказал, так и сейчас говорю, я пришел, чтобы организовать это, я собираюсь уйти, но я хочу передать это в руки тех людей, которые будут за это отвечать реально своим именем, своей историей, это очень важно, потому что для каждого из нас имя важнее, чем любые деньги и должности. Кстати говоря, у меня не было визитной карточки, где было бы написано, что я был председателем правления Союза, поэтому я думаю, что здесь дело идет о сохранении нашей чести и первое, что необходимо, чтобы сохранить свое честь, это помощь нашим старикам, которые реально бедствуют. Я все равно буду помогать, и «Урга» будет работать. Мы говорили с директором этого фонда, но этого все равно мало. Это много, но этого мало. 25 миллионов рублей, которые дает «Урга» и те мои, все равно это мало, это распыляется, каждому раздать по 500 рублей, не решает проблему, для пиара хорошо, а сделать операцию, которая стоит 25 тысяч, допустим. Или там Саша Адабашьян, у которого была тяжелейшая операция, у него было отслоение аорты, сейчас он, слава богу, находится в пушкинском санатории, и это делает «Урга». И, слава богу, что есть такая возможность. И очень много людей, которые…
Я прошу тебя довести, пожалуйста, до своих людей, потому что это вопрос тактический, а не амбиций. Притом, что Репино должны пользоваться все, но эти судебные тяжбы, чья это собственность, Союза или Союза питерского, а там, естественно, уже распахнули глазки на это те люди, которые совсем не имеют никакого отношения к этому. Обещала Матвиенко принять по этому поводу решение и помочь нам разобраться в этом, но оперативное управление и владение, конечно, будет принадлежать питерскому, никто не будет посягать на то, чтобы руководить или отнимать что-то. Люди должны понимать, что мы не под себя подтягиваем. Что касается студии, это государственный вопрос, я думаю, что будем решать его, наверное, на Совете. Кстати говоря, думаю, что когда Совет соберется, это будет одной из приоритетных задач, самое главное будет решение, надеюсь, * система, она может заработать, если бог даст, в течение года. И это будет важно.
Все, что я хотел вам сказать в преамбуле, еще раз хочу вас поблагодарить и за доверие, и за терпение и за то, что я чувствую в вас то самое, знаете, очень важное понятие, ты можешь повернуться спиной к человеку, не отвернувшись от него, быть уверенным, что спина твоя защищена. Я хотел сказать, что действительно, есть силы, есть, что важно, воля жить. И есть возможность внутренняя, как в 1943 году вы чего сделали, вы чего такое сделали, что можете так разговаривать с людьми, притом, что повторяю, любой из тех, кто был в такой ситуации открыто, если хочет работать. Если он понимает, что мы сюда не красть пришли, если он хочет помогать Союзу и пользоваться союзными возможностями, дорога открыта. В том числе и Матизену, если он лично скажет, что он понимает, что так нельзя, я думаю, что съезд примет решение и он будет возвращен в ряды, но мы должны понимать и давать другим понять, что так нельзя и так мы не позволим. Спасибо.
До 2 часов без перерыва, с 2 до 3 обед, и в 5 часов отъезжает автобус в Москву, в Дом кино, где сегодня торжественное мероприятие по вручению членских билетов Союза Кинематографистов молодым кинематографистам, которых мы приняли на съезде и часть из которых мы рассмотрим и, может, примем решение об их принятии. Чтобы не затягивать всю историю, есть предложение до 3 минут, конечно, докладчики, которые готовили вопросы, могут, сколько необходимо, они возьмут сполна. Первый у нас официальный вопрос о наказах правления председателю СК России участникам внеочередного съезда общего собрания СК России 30-31 марта 2009 года, слово предоставляется Владилену Арсеньеву, человеку, который как вы знаете, возглавлял секретариат и долго время руководил московским отделением Союза кинематографистов.
Реплика: Я думаю, сегодня самое главное, я думаю, мы сегодня собрались не ругаться. Давайте после всего, давайте остановимся, как с любимой женой, и давайте наладим какую-то жизнь, жить надо.
В. Арсеньев: Вам раздали высказывания, предложения участников и стенограмму съезда, съезд шел два дня, было много высказываний и я просто другим обзором, вторым, приложенным к этим предложениям, на каждого может, попробую, расширить представление о том, о чем говорили, как говорили, какие настроения были, какие призвания были и наказы. Но эта бумага, документ, как сейчас говорят молодые кинематографисты, которых мы собираемся принимать, summary, оно содержит все практические предложения и наказы, которые прозвучали с трибуны. Есть высказывания *, то что было во второй день. Ну, и первый день, * определяющего дальнейшую нашу работу, Союза кинематографистов, правления Союза кинематографистов. Есть высказывания людей, которые возглавляют региональные отделения, представляют региональные отделения, гостей и работа региональных отделений и по тем различным проблемам, которые возникали в течение всего срока после последнего съезда. Я не имею в виду мартовский, а до того, тот съезд, который был, и проблемы были острые.
А вот это пожелания и наставления, высказанные участниками очередного съезда Союза кинематографистов России 30-31 марта, * до съезда с кинематографистами из Москвы, Санкт-Петербурга, Ростова-на-Дону и Иркутска, чуть добавлю, то, что мы слышали во время поездки в Екатеринбург. На наш взгляд, они дополняют сказанное с трибун съезда, что сказано было в стенограммах и позволяет объемнее представить направление протекающей работы. Для удобства я с его высказывания сначала по демографическому принципу, а затем предпринял попытку вынести, общий вывод сделать. Вот Москва. Сегодня деятельность московского отделения Союза кинематографистов России, я не от себя говорю, а собрав все высказывания, которые удалось собрать. Деятельность московского отделения незначительная для внутрикорпоративной работы, то есть в пределах Дома кино, поскольку она совпадает практически по всем направлениям деятельности самого Союза кинематографистов России. Так было и в советские времена, Совет министров СССР в рамках Советского союза и Верховный совет СССР, то есть ничего нового в этом нет, и это совпадение, вероятно, на него надо смотреть и делать какие-то выводы. Дом кино, московское отделение выглядело вполне достойно и активно занимается серьезной работой по следующим направлениям. Организация и проведение кинофестиваля «Новое кино XXI века», фестиваль, связанный со странами СНГ и Балтии, *, это происходило в 2004 до 2008 года, участие в работе комитетов и комиссий Государственной Думы. Участие во всех мероприятиях Евразийской *, тоже СНГ и Балтии, но в то же время страны Восточной Европы, Китай, других стран.
Московское отделение участвовало в организации в Москве и в Китае, * телекиноорганизации Китайской народной республики. Президент академии Евразийской Олег Попцов, организация и проведение * Чингиза Айтматова и Шамшиева * на Иссык-Куле, это было в сентябре 2007 года, руководитель московского отделения принимал в этом активное участие и возглавил жюри.
Организация и проведения кинофестиваля «Русская зима» в Израиле в декабре 2007 года, организация и проведение 1 конкурса сериалов и телефильма в рамках международного фестиваля «Листопад», мы помогали организовать впервые такой конкурс и проводили его со стороны московского отделения. Подготовка и обучение продюсеров на высших курсах режиссеров и сценаристов, тоже делалось в рамках отдельной мастерской, делалось с участием представителей правления московского отделения Союза кинематографистов. Между тем московское отделение Союза Кинематографистов России, по мнению опрошенных, должно активнее участвовать во внутрисоюзной деятельности, в первую очередь, исходя из пожеланий, следующие направления.
Сегодня московское отделение, деятельность Союза кинематографистов, * эту функцию выполнял худсовет во главе *. Создание киноклуба, вероятно, об этом много раз говорилось и несколько происходило встреч по этому поводу на базе ресторана «На 4 этаже», по примеру «Театр + ТВ». Об этом много раз напоминали, поэтому включил в эти пожелания.
Организация, проведение семинаров, мастер-классов, участие мастеров ответственного кино, участи и создание *, но пожелание было такое, чтобы московское отделение помогло * совместно с советом старейшин. И совет старейшин должен управлять этим проектом, такая возможность есть * должна быть применена эта возможность. По мнению москвичей работа вообще московского отделения станет заметнее, если большой Союз определит и поручит им организацию и проведение ряда постоянных инициатив. *, какие-то другие, но главное избежать дублирования функций. Пожелание такое, оно исходило из такого еще нового и очень твердого пожелания, которое было также высказано и *, и другими регионами.
Руководитель отделения, в данном случае московского отделения в Москве должен назначаться председателем Союза кинематографистов России, а не избираться, как это делалось раньше. Это пожелание, вероятно, относится к будущему проекту устава Союза Кинематографистов. Подобные назначения, считают ваши коллеги, избавит москвичей от возможного от противостояния, соревнования амбиций там, где проявление этих амбиций совершенно не нужно. Причем деятельность московского отделения – выполнять общие для Союза кинематографистов задач. Руководитель московского отделения должен быть заместителем председателя СК России, также как в Санкт-Петербурге и других регионах. Пожелание москвичей в этом плане, что назначается руководитель московского отделения, а не выбирается в качестве заместителя председателя.
 * других разговоров жителей других городов. Санкт-Петербург. Это самостоятельная организация сегодня, о ней уже сейчас говорили, но я обозреваю то, что собрал предложения те, которые порой высказывались. И люди не знали отношения Никиты Сергеевича Михалкова, в частности, с Санкт-Петербургской организацией, те шаги, которые он предпринял, они об этом не знали. Выглядело это так – да, это самостоятельная организация, решающая собственные проблемы жизнедеятельности своими силами. Поскольку кинематографисты Санкт-Петербурга всегда были * в Москве, * по всякому случаю готовы давать свои *, также тогда, когда в этом нет никакой необходимости. Какое было отношение *, потому что сказать, что единственная беда кинематографистов Санкт-Петербурга есть, это грешить против истины, на самом деле его нет. И есть те, кто были не согласны с избранием Месхиева, вероятно, также были не согласны с избранием Татарского, другие схемы, хотя Татарского вспоминают как организованного человека. И еще лучше называют те, фамилии свои просили не называть, называть * руководителя фестиваля «Послание к человеку». Обратите внимание, что * более старшего возраста, чем Месхиев, а сегодня мы находимся на этапном пути, когда молодые приходят и имеют возможность заявить, что они лучше, чем *. * называли, как, может быть, более подходящего для руководства питерской организацией.
В отличие от руководства Санкт-Петербурга, многие петербуржцы хотят активнее общаться с Москвой, из того, что сказал Никита Сергеевич, возможно, эти перемены будут происходить к лучшему, но многие петербуржцы, это большая организация, они считают, что оторваны от Москвы и ждут реальных шагов именно от Москвы. * Ленфильм, совместных мероприятий для молодых кинематографистов, для ветеранов кино, для студентов профильных институтов и школ.
Региональные организации. Пожелания примерно те же, что у кинематографистов Санкт-Петербурга, и здесь, наверное, единство в том, кто руководит региональными отделениями, почему кинематографисты лучше, для того чтобы заниматься общественной работой, но во многом проблема сейчас требует больше внимания со стороны Москвы. Региональные организации создавались на базах крупных киностудий, как правило, документальных фильмов и кинохроники. И там где необходимость этой киностудии отпала, настроения кинематографистов совсем скорбные. Молодых почти нет, либо уезжают в Москву, либо оказываются прибранными местными телестудиями. А люди старшего поколения с прискорбием понимают, что востребованность их опыта и знаний равна, скорее всего, нулю.
Таких же товарищей большинство в регионах, по сути им нужна давно материальная помощь со стороны Союза кинематографистов России. * Ростов-на-Дону, активно существуют, какая-то материальная помощь за счет получения доходов по мероприятиям еще существует. В других городах, например, Иркутск, рассчитывать на материальную помощь практически невозможно. В иных случаях, и мы должны обратить внимание на Владикавказ, и Дом кино вроде есть сегодня, 18 мая, но его может не быть 21 июля и еще один Дом кино на Владикавказе Союз кинематографистов может потерять. Вниманию Владикавказу нужно большое, потому что * не только Союзу кинематографистов и большой регион и сами понимаете, что регион очень непростой. Потому что власти, такая прискорбная *, потому что действительно теперь многие понимают, что 30-31 марта *, и возможно, Союз кинематографистов сможет помочь. Поговорить с властями, чтобы какое-то время еще нашли форму существования Дома кино во Владикавказе. Поэтому власти местные располагают финансами и не могут финансово помочь, поскольку помогать государственным структурам много чести, это момент, вернее, такая особенность существует во взаимоотношениях региональных организаций со своими властями местными и в то же время с Министерством культуры, почему, потому что регион. Но Владикавказ особый вопрос, его можно сейчас не детализировать, а просто уточнить до конца, в чем проблема, как можно выйти из нее.
После ухода Лаврентьева с поста руководителя куратора региональный организации серьезно фактически никто не работает, и к ним никто из Москвы, Союза кинематографистов не приезжал, не приезжает и поговорить им было не с кем и теперь в общем-то. Например, в Иркутске, если не считать фестиваля «Человек и природа», то, в общем-то, я приехал после долгого перерыва, как человек из Союза кинематографистов. Ростове-на-Дону находится ближе, но примерно та же самая ситуация, нужно чаще, и на мероприятиях, которые устраивались в Ростове-на-Дону, большая работа ведется в Доме кино, но так по случаю, конечно, встречались и с федералистами. Просьба – пусть председатель Союза кинематографистов объединяются, мнение регионов, назначает сам руководителей региональных отделений, выборы не нужны, так считает большинство, быть заместителем Михалкова, считают люди, иметь возможности обращаться к нему напрямую, для дела, руководителей, чем проходить нервотрепную процедуру избрания.
Это подчеркивает настроение, которое сложилось после мартовского съезда и тем более Михалкова востребованность и надежды на него очень большие. Еще предлагаю сопроводить заседание правления Союза кинематографистов в регионах, в Санкт--Петербурге, Екатеринбурге, Ростове, Самаре, на Кавказе, то есть во всех регионах, которые есть, чтобы какие-то мероприятия проводились именно там, в регионах, это очень поднимает значимость и авторитет региональных организаций.
Вопрос, который пришлось выделить отдельно. Почему большинство кинематографистов Михалкова предпочитает Хуциеву, эта тема очень болезненная, поэтому говорили о ней, я не могу от вас скрыть то, что говорили люди, но его все-таки умолчать и обойти невозможно. Примерно 2/3, даже больше, считают Михалкова нужнее и полезнее для кинематографа сегодня, чем Хуциева, особенно в условиях кризиса. Заслуги Хуциева считают люди, остались далеко в прошлом, отношения с властью никакие, поэтому ничего либо толкового для кинематографистов Марлен Мартынович, при всем уважении к нему, не может. Если группировать разрозненные, но в целом похожие высказывания. То выглядят они следующим образом. Хуциев согласился возглавить оппозиционеров, как люди считают, потому что им надо закончить работу над собственным фильмом о Толстове и Чехове. Оппозиционеры, а скорее всего те, кто стоят за ними, обещали дать денег. Месяца через 4 Хуциев сразу заступил во власть *, либо снова бы всплыл Родняцкий, либо через Андрацулова, Союз Кинематографистов оказался в зоне влияния Бориса Березовского. У меня не было возможности проверять, что Андрацулов хороший, что даже Березовский хороший, я просто слушал и фиксировал то, что люди говорят. Высказывание Гудсена за несколько дней до очередного съезда о так называемых своих из затесавшихся двух-трех русских кинематографистов признано разжигающим межнациональную рознь. Единственным гарантом сохранения равных прав, равных национальностей в Союзе Кинематографистов, в том числе русских, обращаю внимание, признает исключительно Михалкова. Тем более что возразить Гудсен решился на собрании сторонников Хуциева только о холокосте, подвергнутый язвительным замечаниям. В единство кинематографистов после декабрьских событий мало кто верит, кинематографистов старшего поколения радует, что среди сторонников Михалкова находятся популярные молодые деятели кино, Пореченков, Богачев, Дюжев, Янковский, Высоцкий, Петренко, и те, кого уже называли, и которые были на Съезде Кинематографистов и даже выступали. Все рассчитывают на то, что после декабрьских и мартовских потрясений Михалков усилит свое внимание к проблемам Союза Кинематографистов России, сумеет создать мобильную ответственную команду, способную разрешить многие из накопившихся проблем. Надеюсь, что Михалкову удастся продвинуть вопрос, связанный с авторскими правами, преференциями и льготами * производств. То есть, как их группировать и как *?
Мнение о будущей форме деятельности Союза Кинематографистов России, кинофонд ли это, благотворительность, материальная помощь, профсоюз ли это или союз гильдий, * формам. По сути, так скажем, понятно, люди плохо представляют, что такое кинофонд, что такое союз гильдий и что такое профсоюз, поэтому они так разделились в своем непонимании, что это такое *. Какова судьба дома кино, реставрировать либо строить новое, тоже является предметом горячей дискуссии и обсуждений. Последние месяцы в отличие от ситуации начала 2008 года, сторонников строительства нового дома кино значительно увеличилось. Я должен сказать, потому что я сам год назад был в замешательстве, а хорошо ли или плохо это.
Судьба Голушева, возможно дома отдыха в Абхазии, интересует в первую очередь представителей старшего поколения. В Абхазии по поручению Союза Кинематографистов, я был 3 года назад, в 2005 году, это сгоревшее здание, там не было войны, Пицунда, но люди жили без света, без тепла и поэтому они протащили все это, все огромные раны. Особенно с каким-то большим недовольством они выжили грузинские бомбы, которые, как вы помните, в Пицунде были, потому что Союз Кинематографистов в Грузии тоже размещался. Остальное в очень тяжелом состоянии, и, скорее, это все надо ломать и строить заново, даже по мнению абхазов.
Большинство в Москве, Курске, другие города, где нет домов кино, считают, что председатель СК России должен отменить выборы на местах руководителей местных киноорганизаций, к этому почему-то возвращаются постоянно. И назначать своих заместителей. Против этого большая часть кинематографистов Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, хотя екатеринбуржцы, * настаивают на том, что они не против Михалкова, готовы работать под его началом. И также это говорит Вертинский в Ростове-на-Дону. У них противоречий нет с тем правлением, которое было избрано, с тем председателем, после мартовских дней. Свое вхождение в состав нелегитимного правления, которое было создано Хуциевым, объясняют исключительно незнанием положения дел до конца и желанием сохранить вверенную им организацию до той поры, пока Москве выяснят вообще, кто прав и у кого больше прав, а кто нет. Вполне понятно поведение людей, которые находятся вдали от Москвы, и из Москвы к ним никто не заезжал никогда по делам Союза, никто у них не был.
Общий вывод. Вопреки заявлениям сторонников Хуциева, доверие к Михалкову в Союзе Кинематографистов далеко не исчерпано, наоборот после декабрьских событий и после очередного съезда авторитет Михалкова значительно возрос. Соотношение сил примерно таково, это взгляд поверхностный, общий, что из почти 5 тысяч членов Союза Кинематографистов ему доверяют, на него рассчитывают от одной трети до трех четвертых всех кинематографистов. Для того чтобы в этом убедиться, предлагают некоторые члены Союза Кинематографистов, можно было бы провести тайное поименное голосование, даже тех, кто и не смог приехать в Москву, и тогда это будет ответ, документальный ответ всем тем, кто считает, что это не так. Предложение это, возможно, эмоциональное, но сам Съезд показал, что у Михалкова старых союзников и сторонников гораздо больше, чем у группы Хуциева. Во многом это связано еще, подчеркиваю такую особенность, что речь зашла не просто о том, кто лучше, Хуциев или Михалков, чья позиция, кто больше нравится, и те кинематографисты, которые находятся на стороне Михалкова и Хуциева. Речь идет о более глобальных проблемах, о том, что сегодня мы стоим накануне борьбы за мир российской культуры, а не мир отдельно взятых людей, мир культуры отдельно взятых людей. Это глобальная тема, она вновь становится предметом дискуссии, но некоторые особо, так сказать, мы просили это подчеркнуть, что в мире российской культуры, русской культуры есть, конечно, место и для *. Но это не значит, что мир российской культуры состоит только из *. Это очень серьезный момент, рожденный именно русскими, а не сторонниками Михалкова. И Союз Кинематографистов, как общественная организация, считают многие, обязательно видоизменится. Некоторые полагают, что это кончина общественных организаций вообще в ближайшие 5 лет ждет Союз Кинематографистов точно также, как Союз * деятелей, и другие союзы. Другие говорят, нет, этого может не быть. Потому что желание внести свой вклад в общественную организацию, тот коллективистский дух, который все-таки еще остается в этой стране, он не позволит скончаться Союзу Кинематографистов России. Другие опять же рассказывают, что клубы, места встречи одной профессии, они считают, останутся, будут благотворительные фонды, но перспективы сохранения общественных организаций в том виде, в каком они сформировались в советское время, по инерции существуют и сегодня, верит меньшинство.
Что было бы, если Михалков оставил пост председателя СК России? Об этом всегда говорили и продолжают говорить, даже уже и постфактум. Сослагательное наклонение, конечно, не существует. Но однозначный ответ будет так у многих. Распад в самое ближайшее время всего Союза Кинематографистов России, создание только в Москве нескольких союзов, объединяющих людей по мировоззренческим, политическим, национальным признакам. Высказываются такие даже названия. Союз Кинематографистов националистов, Союз Кинематографистов интернационалистов, Содружество кинематографистов «Ника», примерно 3 или 4 просто московских Союза Кинематографистов. Сегодня у нас один Союз Кинематографистов в России во главе с Михалковым, но никто не решается утверждать, что так будет один, единый через 2 года, через 5 лет, и не решаются утверждать, но побаиваются, хотят, чтобы все-таки так было. Тем более что у нас больше 4 тысяч кинематографистов из старшего поколения. И такой наказ и пожелание каждый раз звучало. Только дружная и убедительная по результатам работа нового правления Союза Кинематографистов России способна дать ответ на вопрос о сохранении Союза Кинематографистов, как единой организации. Только смелые неординарные решения позволят сдвинуть застрявшие проблемы в махине кинематографического сообщества. В эпоху крайнего индивидуализма, считает большинство кинематографистов, способен сделать это только Михалков, умеющий собрать людей коллективистских, щедрых, дорогих и всем довольных для решения очень непростых задач, стоящих перед Союзом Кинематографистов России. В подтверждение того, как люди относятся, даже не знакомые с Михалковым, кинематографист из Иркутска, здесь Самойленко, а это Анатолий Шевченко. Анатолий Самойлович, член Союза Кинематографистов с 1980-х годов, он живет в Иркутске, работает над документальным кино, он не может подойти на сессию, не имел такой возможности подойти к Никите Сергеевичу, но он прислал кассету и пишет. У меня важное, хорошее дело к Никите Сергеевичу, может быть, вы найдете время и возможность передать от семейного архива Михалкову DVD диск с тележурналом «Восточная Сибирь», в котором есть документальные кадры его отца. В 1975 году в Иркутии проходил праздник Уруальхал, на котором среди почетных гостей присутствовал Сергей Михалков, киножурнал сделал спецвыпуск и длится всего около 10 минут. Это просто говорит об уважении людей к фамилии Михалкова, и не только Никиты Сергеевича, но и его семье. Я передаю это.
Михалков Н.С.: Спасибо. Я сразу хочу сделать пару замечаний по этому поводу. Это очень хорошо, что мы собрали наказы, и точки зрения, мнения. Это дает какой-то ориентир, внутреннюю температуру, нам вообще нужно обязательно мониторить общую температуру нашего сообщества, это необходимо делать. И то, чтобы проводить секретариат Союза и правления не только в Москве, но и в Питере, и Екатеринбурге, в Иркутске, обязательно нужно. Не всегда я смогу быть, но мы должны давать, это правильное понимание обратной связи, потому что люди в регионах оторваны. Есть московская тусовка, посмотрите вообще на то, что мы видим по телевизору. Слава богу, появился канал «24 Вести», он возник как канал, на котором есть обратная связь. А так, про то, что происходит где-нибудь в том же Якутске, мы узнаем, если там шахта взорвалась или что-нибудь украли, а так вообще нет. Это очень правильно. Первое. Что касается назначения, не назначения. Это, конечно, решение должно быть регионалов. Я никогда не вмешиваюсь, так сказать, в то, кого избирают там, и не собираюсь этого делать. Другое дело, что я сказал, так и продолжаю на этом настаивать, я с трудом вижу свое сотрудничество с людьми, которые практически способствовали тому, чтобы мы потеряли 5 миллионов рублей и достигли такого позора, на котором вы присутствовали в декабре, и как пришлось из него выходить. И сколько пришлось перенести, я могу про себя сказать, это тяжело терпеть все. Просто тяжело.
Другой разговор, когда люди введены в заблуждение. Я это допускаю, когда люди не знают ситуации, я это допускаю, но в этом случае нужно выходить на связь и спрашивать, так ли это или не так. Я никого никогда не просил голосовать за себя, бог видит, вы сами знаете, я никого не просил меня избирать, я просил меня только выслушать, поэтому я продолжаю настаивать на том, что я с одной стороны с трудом представляю себе, как можно работать тогда, когда ты чувствуешь за собой пятую колонну. Но точно также я готов к тому, чтобы услышать человека, который услышал тебя, и если он с открытым забралом и с чистым сердцем готов двигаться вместе с тобой, я готов. По радости по поводу победы, у меня имеется удовлетворение по поводу того, что не удалось меня скинуть опозоренным, оболганным, и обгаженным, и мне этого совершенно достаточно, самый красивый выход из ситуации для меня был. Рассказал, услышали, и до свидания. И тихо прикрыл за собой дверь. А там разбирайтесь сами. Как бы потом разбиралось, не знаю, может быть, пришли вы, не пришли, но для меня это был выход. Я не хотел кокетничать, в этой ситуации не время было кокетничать, надо было практически сутки дождаться до закрытия Союза, поэтому я пошел на это, как бы там не переворачивали это, что я поступаю как Борис Годунов, что меня упрашивали, и это так, честно вам скажу. Но, тем не менее, решать, что-то назначать, давайте, у меня есть одно только требование. Руководитель регионального отделения должен существовать в русле жизни Союза Кинематографистов и принятия решений Союза. Могут быть люди, которые против, они должны высказываться, никому не затыкать рот. Я имел такую пилюлю * когда наш человек, друг мой, который хочет сказать, *. И письмо написал * на четырех страницах, что как же так, в общем. Но мы никому не затыкаем рот, ради бога, но, во-первых, это должно быть конструктивно, а, во-вторых, это должно быть интеллигентно, это должно быть сделано на уровне уважения хотя бы к тем старикам, которые снимали то кино, которое здесь хранится.
Что касается будущего Союза – конечно, он будет трансформироваться, но не может оставаться эта форма, и мы с президентом говорили. Он говорит, знаешь мое мнение, я говорю, мое мнение это организация, которая умерла. Я говорю, да. Согласен, но нельзя это сказать и так поставить 4 тысячи человек перед фактом, что их организации не существует, это убить их просто. Давайте, сначала их обеспечим, давайте дадим им понять, вы все равно будете иметь теплый дом, хлеб с маслом, врача, лекарства, вы будете иметь деньги, чтобы оплачиваются свои коммунальные услуги и так далее, а потом мы можем, что угодно сделать. Мы должны гарантировать этих людей, поэтому трансформировать Союз, ради только трансформации, мы по-другому, мы молодые, мы новые, мы меняем, бессмысленно, он будет меняться, это не имеет значения. Конечно же, он был создан в свое время как абсолютно идеологическая организация. Выпускали партию из нее, круглые столы, спорили, говорили. Но, тем не менее, в Союзе существовала такая материальная база, что можно было просить власти все, что угодно. Потому что практически было обеспечение, были гарантии, а люди могли съездить в Пицунду на море по нормальным ценам, можно было устроиться в клинику, они были обеспечены, они социально были защищены, да еще к тому же им давали возможность повыпускать пар, повыпендриваться, если так, хлопнув дверью, сказать, так им и надо всем. А потом тихо входить в комнату и просить путевку по сниженным ценам для того, чтобы поехать с тещей и еще прихватить пару родственников в Пицунду. То есть, это была система, она была общая. Сегодня мы брошены стали. Друзья, нет ни одного Союза. Я знаю по тому, что происходит в семье моего отца. А что такое Союз Писателей, вы знаете, что там творится, там идет битва за каждый стул. Что произошло в Союзе Художников, архитекторов, композиторов? Их нет. Мы единственные, кто устояли. Но как стыдно будет сейчас это так потерять.
Поэтому я считаю, что мы для того, чтобы переходить в новый период, должны консолидировать материальную базу и наше сообщество в той форме, в которой оно сегодня существует. Для того чтобы быть гарантированными, что изменение формы существования Союза не отразится на материальном состоянии наших людей. Это принципиально, это правильно. После этого можно идти на любые изменения. Разумные, правильные. Конечно, клуб это будет, нет. Но это должно быть только в том случае, если мы гарантируем материальное обеспечение наших неимущих и наших стариков. А все остальное, про что мы говорим, сейчас с этим согласен, все правильно. Другое дело, я повторяю, безобразно работает, к сожалению, он распущен, аппарат наш, наш аппарат распущен именно в силу того, что они не знают, кому служить. Эти говорят, что они правы, эти говорят, что они правы, печатать документ, не печатать документ, друг другу доносят, ходят, клевещут, говорят по телефону, все пускать, не пускать в дом кино, сместили власть. Это состояние Февральской революции, надо кончать. Мы должны иметь нормальных грамотно действующих функционеров. И в связи с этим я говорил о том, что нужно создавать управляющий *. Это будет решение, как я понимаю, Съезда, глобальное, но на сегодняшний день я думаю, мы, по крайней мере, московский костяк, пригласили Валерия Ивановича Танких. Валерий Иванович, вы где? Валерий Иванович Танких, будьте любезны, придите, пожалуйста, к нам. Если можно, расскажите о себе несколько слов, чтобы было понятно. Человек, которому я считаю, абсолютно реально, доверить ту самую техническую работу, которую никто из нас не имеет ни возможности делать, ни желания, ни умения. Но после того как если мы утвердим эту кандидатуру, за которую я буду голосовать, нужно будет собрать ему команду, нормальную дееспособную команду, которая будет осуществлять всю, так сказать, техническую и материальную деятельность Союза при естественной абсолютно отчетности и прозрачности по отношению к нашему руководству. Валерий Иванович Танких.
Танких В.И.: Добрый день, 52 года мне, работал я в разных сферах, в советское время я работал на авиационном заводе, закончил Авиационный технологический институт, потом закончил Российский государственный гуманитарный университет, у меня дополнительное политолог образование. Был первым * Комсомола от Свердловска в Москве, центральные все театры, в том числе Большой, был заведующим орготдела райкома партии свердловского, в перестроечное время и начинающего капитализма в основном работал в банковской сфере, в том числе был председателем правления одного из банков, и много лет работал в банках. Сейчас руковожу строительно-инвестиционной компанией, строю жилые дома. Все. Если что-то еще интересно, могу сказать.
Михалков Н.С.: Есть какие-то просто вопросы? Я понимаю, что трудно, вышел человек и говорит, я к вам пришел, но с другой стороны у нас нет возможности иной, мы должны в данном случае очень быстро принимать решения. Я, поверьте мне, я сделал бы после истории с Пиаруским, и я достаточно насторожен по отношению к людям, приходящим со стороны, но нам все равно не обойтись без людей, которые имеют опыт управленческий в советское время и в наше время, не имеющего отношения к художественным вольностям и к нашим фантазиям. Просто холодный нормальный человек, который понимает, куда он попал. Валерий Иванович здесь уже с нами работает больше месяца, я думаю, что изумление первое прошло, и если он еще остался, приходит к нам, то значит, есть надежда, что он преодолеет тот ужас, который его охладил, когда он увидел наше сообщество. Поэтому если у вас есть вопросы к Валерию Ивановичу, да, пожалуйста.
Муж2.: Мне кажется, что ваше предложение абсолютно верно. Я хочу сказать, что предложение создания такой дирекции абсолютно верное соображение, и я его очень буду поддерживать тоже. Меня интересует вот, какой вопрос, очень маленький, где будет лежать ваша трудовая книжка. То есть, я хочу сказать, это будет совмещение или же все-таки, потому что сказано было.
Михалков Н.С.: Вопрос правильный. И, мало того, что он правильный, он принципиальный. Я считаю, что если мы договариваемся, то трудовая книжка должна лежать у нас.
Танких В.И.: Хорошо, так и будет. Это моя будет основная работа, а то, о чем я рассказывал, естественно, я думаю, здесь у каждого есть какие-то параллельные вопросы, которые он в жизни решает.
Михалков Н.С.: Это другой вопрос. Мы не можем в данном случае остановить в сторону. Но если основная работа будет в Союзе и трудовая книжка будет в Союзе, Валерий Иванович, я прошу вас проголосовать за то, я буду за вас голосовать. Как называться будет должность?
Реплика: Исполнительный директор.
Михалков Н.С.: Исполнительный директор. Наше предложение поддержать кандидатуру Танких Валерия Ивановича в качестве исполнительного директора в Союзе Кинематографистов России, я прошу проголосовать. Кто за это предложение? Кто против? Воздержался? Единогласно. Спасибо, Валерий Иванович.
Муж2.: По вопросу, как я уже докладывал, * Владиленович, заслушав, обсудить вопросы наказов правлений председателей СК России, участников очередного чрезвычайного Съезда, отмечает важность значений для укрепления Союза, повышение ответственности каждого участника кинопроцесса, и пленум постановляет. Первое – * самих мероприятий по выполнению наказов участников Съезда роздан. Второе – секретариат установить очередность рассмотрения на совете заседания пакетов мероприятий, сроки их выполнения, ответственность за их исполнение. И третье – Председателю СК России доложить об очередном *, о ходе выполнения данного постановления. Мне кажется, рабочий, нормальный текст. Кто за данное постановление?
Муж3.: А дополнения? Мы же не говорили. Может быть, есть дополнения, я говорю?
Муж2.: Может быть, есть еще дополнения в сам текст постановления?
Муж3.: Как вы говорили, очень хорошо высказался * Владиленович. И действительно все то, что он обозначил, верно. Но вы говорили о том, что надо обязательно, чтобы Союз все-таки вопрос о Законе о творческих союзах, чтобы он там присутствовал, что мы не можем его обойти.
Муж2.: Он есть в наказах.
Муж3.: В наказах есть?
Муж2.: Да.
Муж3.: И сейчас идет преобразование студии и раскол среди равных и так далее. По-видимому, Союз не должен в стороне от этого процесса оставаться.
Муж2.: Я думаю, что у нас идеи, которые тоже вписались в обсуждение. И мы отдельно сделаем дополнения. Второй у нас вопрос об уставной комиссии и ее персональном составе. Как вы знаете, на предыдущем Съезде в виду отсутствия кворума во второй день, Съезд не стал рассматривать новую редакцию устава Союза Кинематографистов Российской Федерации. И было принято решение, что рассмотреть данный вопрос, в присутствии соответствующего кворума. И для того, чтобы каждый член Союза Кинематографистов мог внимательно ознакомиться с новым текстом проекта устава, и региональные отделения могли сформулировать свою позицию в отношении самого проекта, может быть, каких-то отдельных его положений, поэтому было принято решение, действительно чтобы каждый посмотрел внимательнее, и уже осенью принимать устав в соответствии с действующим законодательством. Поэтому есть предложения сейчас избрать уставную комиссию, которая до 1 ноября, если не будете против, рассмотрит все замечания и предложения по уставу, который будет роздан на Съезде, который сейчас дополнительно будет рассылаться через почту для членов Союза Кинематографистов, сформулировать, обобщить, подготовить некий документ, который уже консолидированно представить на очередном Съезде Союза Кинематографистов Российской Федерации. Поэтому у нас есть предложения по составу уставной комиссии, чтобы туда вошли Бородачев, Васагуг, Ливанов, Мальков, Гущенко Казань, Голованов Иркутск, Морозов Екатеринбург, Травкин Новосибирск, Гульков Саратов, Пореченков Москва, Сорокин Санкт-Петербург. И если есть еще какие-то другие предложения. Тоже нет смысла расширять данный состав, как нам кажется, потому что это должна быть достаточно мобильная группа, которая могла бы собраться и конструктивно работать, но если есть какие-то предложения или кто-то сам хочет войти в эту группу, и мы с Никитой Сергеевичем переговорили, есть предложение, чтобы эту нашу группу по подготовке нового проекта устава, уставную комиссию возглавил я, учитывая, что все равно все будет стекаться сюда в Москву. Поэтому, если кто-то желает поработать над уставом сообща, милости просим. Есть какие предложения? Пожалуйста.
Муж4.: На заседании сделанной комиссии мы попросили включить в ревизионную комиссию представителя.
Муж2.: Называйте фамилию.
Муж4.: И второе. Я хотел бы уточнить в этой комиссии, кто у нас юрист, потому что это очень важно.
Муж2.: Нет, я вам хочу сказать, что мы действительно не специалисты, кого мы с вами назвали, мы люди, кто аппаратчики, кто творческие, безусловно, у нас вся эта работа будет вестись с юридическим отделом, который сейчас существует в Союзе Кинематографистов, который будет еще более укрепляться в связи с введением. Поэтому мы будем некими помощниками юристов. Хорошо? Спасибо. Да, я слушаю вас.
Муж5.: Там уже есть среди людей Екатеринбурга Морозов. Но я бы попросил уважаемое правление внести еще одну кандидатуру от довольно большой кинематографической организации Екатеринбурга, все-таки там больше 150 человек, кандидатуру Шеварова.
Муж6.: Добрый день, я бы тоже хотел предложить внести, может быть, даже не одну, а 2 кандидатуры от Петербурга, потому что сейчас там один человек из вышеперечисленных, а организация очень большая. Я, честно говоря, не хотел бы сам выдвигать эти кандидатуры. Я предлагаю сделать так. У нас в ближайшие дни правление Союза Кинематографистов Петербурга, и если есть возможность, то направить письменное предложение двух человек. Если это возможно. Спасибо.
Муж2.: Я думаю, вас выслушают. Давайте примем?
Реплика: Предложение к уставу можно?
Муж2.: Нет. Секундочку, подождите. Мы будем разом рассматривать, мы сейчас занимаемся вопросом техническим. То есть, формируем комиссию, не больше, не меньше.
Реплика: Я бы хотел предложить. *. Есть порядок по уставу.
Муж2.: Регион у нас. Я думаю, достаточно написали. Кто за то, чтобы избрать комиссию уставную со всеми предложениями и пожеланиями, прошу голосовать. Прошу опустить руки. Кто против? Воздержался? Принято единогласно. Тогда мы с вами, заслушивая, обсудив вопрос об уставной комиссии, об основном составе, пленум постановляет утвердить персональный состав уставной комиссии, который я вам зачитал, будет введен, назначить председателем уставной комиссии СК России Узурга Сергея Владимировича. Следующее. Уставной комиссией разработать новую редакцию проекта устава СК России, ознакомить с ней всех членов СК и с учетом предложенных изменений и дополнений представить на рассмотрение пленума. Срок 1 ноября 2009 года секретариату рассмотреть положение. Здесь еще есть, знаете, какой вопрос? У нас, чем дальше, тем сложнее становится вопрос неких таких правовых согласований, и каких-то вопросов, связанных с максимальным участием всех членов Союза, большинства членов Союза в решении каких-то принципиальных вопросов. Поэтому юристы нам посоветовали, чтобы мы подготовили к следующему пленуму Союза, и потом на пленуме Союза утвердили положение о референдуме, заочном поименном голосовании всех членов Союза Кинематографистов Российской Федерации. Такая практика существует во многих общественных организациях, она не нова, но как саму идею мы вам сейчас предлагаем, но текст будет подготовлен юристами, и на следующем пленуме Союза Кинематографистов вы ознакомитесь с этими предложениями, и если будете все не против, то мы их примем, если будете возражать, то мы соответственно будем обсуждать. Поэтому, давайте, проголосуем за это второе наше постановление. Кто за? Кто против? Воздержался? Единогласно.
Муж7.: Предполагается ли уже, поскольку это ноябрь, а ноябрь это послезавтра, поэтому предполагается ли и кто это знает здесь, порядок работы? В какой форме это будет происходить, потому что времени мало?
Муж2.: В то время, когда люди будут обедать с 14.00 до 15.00, мы уставную комиссию, всех членов, которые здесь есть, соберем, минут 5-10, и определимся со сроками, и с ходом техническим, чтобы не занимать здесь. Следующий у нас с вами вопрос на повестке о создании филиалов и представительств СК России в субъектах Российской Федерации. * Анатольевич, вы?
Муж8.: Согласно Закону об общественных объединениях у Союза Кинематографистов существуют отделения, филиалы и представительства. Отделения, филиалы, представительства субъектов Федерации. Мы несколько дней назад приняли положение филиалов представительства, было решение пленума о создании в некоторых регионах этих структур. Но потом как то всяких скандалов в киноцентре, пятое-десятое, оказалось так, что во многих филиалах и представительствах нет документов, и их не оказалось и в аппарате Союза. Например, в Нижегородской области был создан филиал, сейчас там председателем Союза назначили, руководитель Седов, и у него нет никаких документов, с которыми он бы пришел решать вопросы к губернатору области, не смотря на хорошее, прекрасное отношение, с ним никто разговаривать не может. Поэтому сейчас перед Съездом, во время Съезда, после Съезда, из некоторых регионов поступили предложения от Министра Культуры, от руководителей администраций с просьбой создания отделения Союза Кинематографистов. Но мы не можем в Чечне создавать отдельно, там 3 члена Союза, мы можем там создать представительство. Мы не можем создать отделение в Краснодарском крае, там 8 человек. Поэтому есть предложение создать в Краснодарском крае, в Ставропольском крае, в Приморском крае, в Чеченской республике, в Камчатской области, в Хабаровском крае, в Нижегородской области филиалы Союза Кинематографистов Российской Федерации. Создать в Астраханской области, в Волгоградской области, в республике Мордовия, в Ставропольском крае, в республике Бурятия, в Ульяновской области представительства Союза Кинематографистов Российской Федерации. Установить, что независимо от их географического положения, вновь созданные филиалы и представительства СК России руководствуются в своей деятельности положениями о филиале и положениями о представительстве СК России. Председатель СК России в соответствии с пунктом 5.11 устава СК России, в кратчайшие сроки осуществить персональный подбор кандидатур на должность руководителей, представителей среди директоров филиалов из числа членов СК России, постоянно зарегистрированных в месте нахождения филиалов или представительстве, и издать приказ об их назначении на должность, все в соответствии с Законом об общественных организациях. Есть вопросы?
Муж9.: Вопросы есть. Какая разница между филиалом и представительством? Вы назвали Ставрополье, вы знаете, там один малый есть, то есть, какая разница между филиалами.
Михалков Н.С.: Между филиалом и представительством.
Муж8.: Между филиалом и представительством. Я объясню, что филиал по сути дела является тем же отделением, какие у него права, как у отделения, у него может быть печать, может быть, финансы, а представительство только представляет в этом регионе, в этом субъекте представляет наши интересы Союза Кинематографистов.
Муж9.: В Ставрополье филиал назвал, а там один человек.
Муж8.: Исправим. В принципе исправим. Та же ситуация в городах, та же ситуация сейчас у нас в Пензе, у нас там 2 члена Союза, а мы их назвали филиалом и платим зарплату. Реплика: Будем решать вопрос.
Муж3.: Скажем, отделение Иркутска остается отделением?
Муж8.: Да.
Муж3.: Но представительство в Бурятии.
Муж8.: У вас не может быть представительства.
Муж3.: Нет. У Союза, я имею в виду, представительство.
Муж8.: У Союза.
Муж3.: Но членов Бурятской республики мы принимаем или они подают документы прямо сюда?
Муж8.: Нет. Тот вопрос будем решать на секретариате. Потому что ряд руководителей отделений, у бурятских руководителей отделений есть опыт совместной работы с субъектами в других городах.
Михалков Н.С.: Если имеется в виду прием в Союз.
Муж3.: Союз.
Михалков Н.С.: То мы как раз сегодня и будем рассматривать постановление о приеме в Союз, об исключении, и так далее, вся система должна быть обновлена, поэтому я думаю, что это будет ответ на ваш вопрос.
Вопрос: Скажите, пожалуйста, кто старший для друг друга? Возьмем тот же Иркутск.
Муж8.: Нет, старших нет.
Муж3.: Нет, там проблема не только в приеме. Проблема еще в иерархии. Секретарь райкома не может возразить на Путина, он выходит на область и так далее. Может быть, один человек или два, тогда выходите сразу на Михалкова.
Муж8.: Может, в этом есть смысл.
Муж10.: Какой же смысл?
Муж8.: А почему через секретариат надо приходить к Михалкову?
Муж10.: Я думаю, что какая-то должна быть иерархия, иначе руководитель района будет выходить на Путина. Он на Путина будет выходить, он районный руководитель. Я просто аналогию говорю. Он же не выходит, то есть, он ближе работает, проблема создается, я возьму Ставрополье. У него проблема с местной властью, он звонит мне сейчас, наш, я иду на власть, я для него в каком-то смысле власть и начальство, потому что у нас с ним уже федеральный округ. С ним напрямую власть не считается. Тут если он будет звонить в Москву, это дальше. Не будут заниматься, * свои фильмы, я их смотрю.
Михалков Н.С.: Проблемы здесь нет, потому что после его обращения, скажем, к Узруку или ко мне, на что мы скажем, обратитесь к вашим руководителям.
Муж10.: Есть иерархия, нормальная структурная организация. Структура организации должна быть. А структуры нет, сразу прет на руководителя, и сразу на Путина.
Муж8.: Понятно. Чтобы время не отнимать. Кто будет назначен руководителем по работе с регионами, это есть возможность обсудить и решить, как это будет правильно.
Муж2.: Я думаю, что сейчас просто как приняли саму идею то, что необходимо расширять географию, а с другой стороны поручено уже тогда секретариат и разобрать это положение власти, структур и всех дел и так далее.
Муж11.: Предложение. Может быть, нам поступить так? Дело в том, что разделить именно на регионы, регионы, которые зависят не от кого-то, отделения, а как федеральная рука, допустим.
Реплика: Ориентир.
Муж11.: Да, как ориентир. Любой член Союза, а потом после него регионы, субъекты, филиалы. Совершенно справедливо, также как в Иркутске.
Муж8.: Но филиалы Союза Кинематографистов Иркутского отделения.
Муж11.: Они остаются, конечно.
Муж8.: Это договорная система, это структура профсоюзов, у нас было в Поволжье раньше, у нас Северный Кавказ работает.
Муж3.: Правильно сказал, не всех, потому что у нас в Новосибирске, * продолжают относиться, и что, там осталось сейчас 4 человека, филиал нужен им, безусловно, но там 3 пенсионера, один работающий. И я не очень представляю, как они самостоятельно будут жить без нас. Я не против, чтобы они совсем отделились.
Михалков Н.С.: Нет, наоборот. Вообще идея сама заключается не в отделении, а только в консолидации, в соединении. Задача заключается. Друзья, правильно говорит Невский, надо называть вещи своими именами. Структура, вертикаль власти должна быть, как бы ни говорили наши оппоненты, что это общественная организация. Безвластие, результаты безвластия в России намного кровавее результатов любой самой жестокой власти, потому что это безвластие в России это катастрофа не только России. И безвластие в нашей организации, дело не во власти, руководить мне, Володе Хотиненко или Коле Бурляненко. Бред. Что такое? Разговор идет о структуре, потому что в результате от этого безвластия будут страдать люди, которые никакой даже власти не имеют, и не будут понимать, что происходит. Как и произошло после декабрьского Съезда, никто не понимал, что происходит, кто что украл. Поэтому я считаю, что нужно очень четко вместе с регионами разработать эту конструкцию, в которой филиалы являются филиалами Союза, но вся конструкция, так сказать, возможности руководить этим конгломератом как федеральный округ, она должна быть, очень четко и ясно работать. Поэтому надо просто создать какую-то.
Муж2.: У нас получается такая *, у нас Тверь относится к Ростову, хотя, конечно, от Твери до Москвы проще или от Санкт-Петербурга – один из примеров, а до Москвы доехать проще, у нас Тула относится к Ростову.
Михалков Н.С.: К Ростову Тула.
Муж2.: Понимаете? Там есть еще такие, которые прямо вступают в противоречие жизненным интересам кинематографистов. Поэтому ситуация такая, что она требует внимательного решения, и конечно кто-то должен быть старшим. Сложившиеся уже центры, они полезны, амбиции, которые при этом существуют, они тоже вполне разрешимы, когда говорят об общем деле. Тогда все встанет на свои места.
Михалков Н.С.: Потому что может Москва, Ростов и Питер.
Муж2.: Да, это само собой, с Ростовом решим.
Михалков Н.С.: Еще кого-нибудь из более дальних регионов, чтобы ради интереса.
Реплика: Из Хабаровска.
Михалков Н.С.: Хабаровск, Иркутск. Вы сами решите.
Реплика: Ершов из Хабаровска.
Михалков Н.С.: Конечно. Сроки. Сразу сроки. Давайте, я бы хотел, у нас сегодня 18 мая, давайте, к 15 июня, мы хотим получить документ утвержденный, согласованный на согласовании с секретарями. Хорошо? 15 число. Я вам даю еще больше времени, чем для этого надо. Сделаете раньше – нам же лучше. Принцип ничего не откладывать, не затягивать. Почему я говорю про аппарат и почему я говорю о том, что нужно *. Дальше, пожалуйста.
Муж8.: Вам в документах роздан проект бюджета СК России на 2009 год. Документ, который у нас есть, все соответственно подготовлено нашей бухгалтерией, какие деньги есть, соответственно те и делятся, где надо заплатить коммунальные, все согласно счетчику, тут никуда не денешься. Поэтому традиционно мы не утверждали это на пленуме ранее, но сейчас решили все-таки показать вам эти цифры, чтобы вы посмотрели, более реально представляли, какими деньгами оперирует на самом деле Союз, и сколько тратится на хозяйственные, коммунальные и другие нужды. Для информации, чтобы не ходило никаких таких больших слухов о миллиардах, которые где-то куда-то не туда. Этот бюджет есть, и давайте с ним согласимся. Это все те суммы, которые необходимо тратить для того, чтобы и дом кино стоял.
Михалков Н.С.: Есть еще одна сумма, довольно большая, 1,5 миллиона, которую мы вынуждены и обязательно должны потратить, это на установление сигнализации противопожарной в доме ветеранов, потому что я не знаю, почему дома ветеранов, вообще стариков, горят как свечи, почему, кто их поджигает, что происходит. Но, не дай господь, что-то с нашими произойдет, это просто катастрофа.
Муж8.: Мы написали письмо, и мы посчитали возможным найти эти 1,5 миллиона.
Михалков Н.С.: Эти деньги надо, да. Кстати говоря, сейчас не будем строить планов, маниловщиной заниматься не будем, но в принципе есть все-таки надежды.
Муж8.: Следующий вопрос – это о персональном составе секретариата Союза Кинематографистов. Никита Сергеевич?
Михалков Н.С.: Секретариат предлагаемых кандидатур – Лазарук, Пореченков, Арсеньев, Верещагин, Малышев, Бородачев, Сторожева, Бондарчук, Герасимов Александр, Мирошниченко Ирина, Лукин, Высоцкий, учитель, Михайлов Александр, *, Шахназаров, *, Караваев, Боровик, Бурляев, *, Лаврентьев, Каринин, Полока, Мирошниченко Сергей, Мищенко, Безруков, Кржижановский. Не разговаривал с ними еще никто, но я предлагаю Кржижановского, он человек активный был в той компании. Но в то же время мне кажется, что тут бессмысленно и не нужно, я считаю, превращать это в такого рода праздник, пир во время чумы, разговор идет не о том, что мы победили и поехали дальше. Мы не можем бросать тех людей, которые так или иначе много очень сделали очень для нашего кино, только потому, что они были в заблуждении или думают иначе, им придется либо согласиться с нашим большинством, либо не согласиться, но не предлагать им содружество, это неправильно, я считаю, неверно. Просто неправильно будет понято все это. Говорухин Сергей, Ральская, тоже с ней не разговаривал, но мы предлагаем. Леонов, Гладышев, Хруцкий, Невский оператор, Мукаси оператор, Новожилов, Герасимов Женя, Евгений Пороховщиков, Панкратов-Черный, *, Кущенко Татарстан, Воротов, *, Седов, Голованов, Чешев, Хруцкий, Косаковский, Шеваров, Невский. Вот приблизительный состав секретариата на сегодняшний день. Мы должны будем расширить еще на следующем Съезде, бог даст, и наше правление, потому что в него не вошли операторы, что, в общем, совершенно неправильно. Вообще, вы помните ту ситуацию, которая сложилась, мы тогда должны были принять какое-то правление, потому что иначе на следующий день уже без кворума это бы все было вообще незаконно, просто застали бы врасплох. Был бы один я. И все, больше никого, и все те, кто был раньше. Хуже быть просто невозможно, встать во главе Мамая. Это дикость была бы. Поэтому у нас существует еще обязанность определенная перед нашими коллегами. И секретариат правления будет расширен. Ротация будет происходить, кто-то будет занят. Я думаю, что мы в данном случае должны исходить из достаточно гибких отношений. Разговор идет не о том, чтобы кто-то стал начальником, а кого-то забыли. Практически я приглашаю всех, так или иначе принимать участие в наших решениях. Формально у нас есть правление, которое будет расширено, у нас есть секретариат. В секретариат будут входить люди и не являющиеся членами правления. Но мне хочется, чтобы все-таки мы имели бы гибкую, оно и так большое, и правление будет больше, это не гибко. Но сделать правление как предлагалось из 30 человек вообще, что было бы, конечно, удобнее для работы, но в этой ситуации сегодня это сразу было бы просчитано как захват власти, так сказать, и абсолютное узурпаторство, и это бы только раскручивалось. Поэтому я предлагаю диалог всем, но в принципе на будущее, я думаю, что весь аппарат и руководство Союза должны сжиматься до необходимого количества. И должна быть создана какая-то структура, которая бы принимала и мгновенно обрабатывала бы все, я не имею в виду претензии, а предложения членов Союза, не входящих в правление, не входящих в секретариат. Это должен быть очень мобильный аппарат. Предлагали соединить такую вещь. Мы собрали секретариат и решили, целесообразно, выслушали, кто предлагает, целесообразно приняли, не целесообразно не приняли, но собирать 150 человек и ходить с доверенностями, в общем, это все гибко для советских времен, но мы не можем сегодня, я не считаю правильным сегодня сразу это изменить. А то, что аппарат нужен гибкий и мощный, мускулистый и деятельный, в этом я совершенно не сомневаюсь.
Муж8.: Кто за предложенный состав секретариата, прошу проголосовать. Сейчас, Геннадий Иванович.
Геннадий Иванович: Вы знаете, в общем, все это правильно, но после предыдущего Съезда у нас практикой была выработана система, как вы помните, такая, большой секретариат и рабочий секретариат, который, когда Никита Сергеевич был в творческом отпуске, оперативно мог собираться практически каждую неделю, если этого требовали какие-то оперативные дела, которыми, скажем, занимается оргсекретарь. Может быть, не отказываться от этой системы? Рабочий секретариат был 9 человек. То есть, это такие постоянно функционирующие люди. Мне кажется, что эта практика себя оправдала.
Михалков Н.С.: Я думаю, что если это принимать во внимание, то, наверное, тогда секретариат, который будет, надеюсь, избран, и определит в своем кругу тот рабочий секретариат, который должен быть дееспособным. Я согласен с тем, что собирать всех людей для принятия решений это трудно. Пожалуйста, еще?
Реплика: Сергей, если можно председателя нашего Союза отдельно Северокавказского *.
Михалков Н.С.: Давай. Хорошо.
Муж12.: По составу секретариата, там 2 фамилии операторов упомянуто, я знаю их позиции противоположные, может быть, они сами будут отказываться, но внести туда Владимира Кыжмова еще. Если с тех мест кто-то добровольно уйдет, то хотя бы кто-то остался здесь.
Реплика: Невский.
Муж12.: Я знаю его позицию.
Михалков Н.С.: Хорошо. И *, если откажется. Пожалуйста?
Жен1.: Да, это замечательно, хорошо, что такие и такие люди будут в секретариате, но мне очень нравится ваша позиция, когда вы говорите, я с безнравственными такими-то людьми работать не буду. Я тоже не буду в секретариате, если там есть фамилия Леонова-Гладышева. Я просто понимаю, пусть он там будет, но чтобы вы знали, что это за человек. Он присутствует здесь, Дмитрий Дмитриевич, на собрании Леонов-Гладышев замечательно сказал, очень эмоционально, что 30 лет он большой друг Михалкова, в присутствии *. И что Михалков, с каждым годом, не могу словами другими сказать, он все хуже-хуже, и дошло до того, что в Союзе пахнет тухлым запахом. Собрание ему, конечно, аплодировало и тому подобное, потому что собрание было настроено на то, чтобы бойкотировать Съезд. Потом на Съезде этот человек выскочил и сказал, что Никита, я с тобой, ты молодец. Наш человек абсолютный перевертыш. Когда я дала телеграмму на Съезд, то этот человек подошел ко мне и в присутствии нашего собрания и начал на меня орать чудовищными и безнравственными словами, какая я такая-сякая и разная, ты же понимаешь, что ты сделала, ты поддержала Михалкова, ты понимаешь. И кричал на меня так же, как Татарский кричал на актрису Светлану у нас на нашем собрании Союза Петербургского отделения. Я еще хочу сказать, да, рядом бы меня с этим человеком там лучше не было, он загубил нашу гильдию, у нас 7 лет не знали, где существует гильдия и о правлении гильдии. Понимаете, мы 7 лет не знали, где она существует, где она собирается, чем она занимается. На всех собраниях только гильдия есть, гильдия будет, гильдия существует. Никто из актеров гильдии этого не понимал. Я уже, если взяла микрофон, то не только об этом человеке, я скажу и о Татарском, который наше правление, которое почему-то Дмитрий Дмитриевич не решил заменить, осталось все созданное еще при советской власти, с теми же мыслями, с теми же позициями. Это правление, которое абсолютно душит собрание, когда они собираются, и навязывает им абсолютно свои мысли. Правление Татарского уже дошло до того, что он действительно, он больной человек, я понимаю, у него с головой очень плохо, но плевать абсолютно на мнение собрания, на мнения актеров, это тоже нельзя, кричать, махать кулаками, плеваться. Гладышев его гладит по голове во время собрания. Умоляет, ах ты мой хороший, успокойся, актрису оплевали все грязью, страшно, у нас происходит страшное собрание. Когда выступает Съезд и говорит о том, что Союз Кинематографистов, по всему нашему Петербуржскому телевидению, что это собрание ненависти, злобы, людей, которые хотят переломать хребет творческим людям. Понимаете, это Татарский, Гладышев, Снежкин, это люди, которые входят в правление вашего отделения Союза Кинематографистов. И пока такое правление у нас есть, я бы ваши все надежды на то, что Матвиенко, то, се, боюсь разочаровать, пока у нас есть правление, которое было создано 30 лет назад. И хотела бы я о Репино сказать, замечательно говорили о Репино, я будущий член Союза Кинематографистов, 30 лет каждый год прошу путевку в Репино. Я понимаю, сейчас это невозможно, сейчас другое время, но, а те 10-15 лет почему? И я за то, чтобы назначать, назначать и назначать и выбирать собрание, потому что пока наше собрание не имеет никакого социального статуса, все зависят от 500 рублей, которые им дадут, они дрожат, а вдруг я выступлю против кого-то, и Татарский мне эти 500 рублей не даст. И потом, раз взяла микрофон, хочу сказать о фонде пенсионном. Тоже надо очень-очень осторожно и очень ответственно, комиссия должна подходить, потому что я не знаю ваших 70-80-90% нищих пенсионеров, знаю наших. Могу вам их переписать и показать пенсионеров, которые раз в год путешествуют по всему миру, у которых дети возглавляют рестораны, которые имеют пятикомнатные квартиры, которые имеют все обставленное антиквариатом и носят бриллианты ценой хороших машин. И они пишут в Союз, помогите, мне сделали операцию, и Союз им быстренько выплачивает эти деньги. Тут что-то тоже надо думать. А вообще-то, про что я хотела сказать с самого начала, я вышла с чем, про Леонова-Гладышева. Я говорю, рядом с таким человеком находиться я не могу, здесь может быть сидит много его друзей, любят и обожают, но у нас гильдия 7 лет назад похоронена актеров, ее нет, ее не существует, все.
Михалков Н.С.: Спасибо. Присаживайтесь. Я сейчас хочу вам сказать следующую вещь.
Муж13.: Комментарий можно?
Михалков Н.С.: Да, конечно.
Муж13.: Я хочу сказать собравшимся и вам в частности, на этом собрании, о вас двоих хорошо на этом собрании. Вообще, слово не воробей, вылетит, не поймаешь. Поэтому когда, скажем, вы, Никита Сергеевич, говорили, что, подчеркивали, я знаю это по себе, что иногда не важно, кто украл, важно толкнуть что-то, эмоционально возбудить. Я бы хотел, чтобы сейчас мои слова, которые не должны уходить в * разбора, были как-то вновь услышаны. Подобные заявления мне неприятны, хотите узнать мое мнение более подробно, попрошу предложить мне это. Сейчас уподобляться опять вторжению в эти, это неверно.
Михалков Н.С.: Продолжайте.
Муж13.: Я не буду, это требуется сделать. Давайте, поработаем над стенограммой. Это обвинение, давайте, даже возьмем и предложим посмотреть, так ли это, в какой степени. Возможно, несогласие. Естественно. Но в какой степени это было сделано, это неверно, так нельзя, направление точно также.
Михалков Н.С.: Понимаю. Спасибо огромное. Очень важное замечание. Друзья, вот в чем дело. Мы здесь собрались. Любочка, я вас не просто уважаю, я просто вас люблю нежно и давно безответно, и всегда испытывал к вам огромнейшее уважение как к человеку, как к замечательной актрисе, а совершенно убежден в том, что вы говорите есть серьезная искренняя огромная личная правда. Убежден в этом совершенно. Но я как раз призываю к тому, чтобы мы не имели, посмотрите, у нас была история с *, она очевидна и мы ее решили. Я не думаю, что мы должны здесь, представьте себе, вы очень честно выступили, и мы приняли решение не приглашать Леонова-Гладышева в секретари. Будет ли это связано с высшей справедливостью, потому что дело не в том, то, что человек говорил раньше, что говорит сейчас, дело в *, мы даем возможность. И я вас прошу эту возможность использовать, потому что убежден совершенно, если мы сядем втроем, Гладышев, вы и я, просто сядем и поговорим, и это будет снято сразу, по-человечески будет снято, изнутри будет снято. Ведь в чем проблема нашего вообще общества? С одной стороны то, что называется в Православии теплохладность, то есть, такое никакое. Меня не касается, пошли дальше. А с другой стороны абсолютная невозможность услышать. Мы слушаем, но не слышим. И от этого мы только замыкаемся и не прощаем. Я убежден совершенно, что у каждого из тех, кто здесь назван, в разные периоды жизни были совершенно разные отношения к тем, кто здесь в этом же списке, к обществу, к власти, к друг другу, это так мы устроены. Поэтому мне кажется, что в данном случае, если есть возможность использовать наши же усилия для того, чтобы и ваши, и был сделан в результате аппарат и правление Союза усилиями председателей отделений, я имею в виду. Это дело времени. Мы должны в данном случае просто спокойно и ясно двигаться. Поэтому я прошу вас, ведь, глядя на вас, я не отказываюсь от своих слов, которые я сказал на Съезде, мне трудно, я не хочу работать с теми людьми, которые сделали то, что они сделали. Но я совершенно допускаю. Кстати говоря, если уж говорить о *, он самый последовательный и честный человек в огромном количестве этой компании, потому что он последовательно идет. Другой раз он хамит, другой раз он не позволительно себя ведет, но я уважаю его. Я его уважаю, и я его прошу ведь только одного, скажи, что так нельзя, и тогда с тобой будут также. Поступай с людьми так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. Поэтому мне кажется, что как раз наша задача здесь заключается именно в том, что есть у вас претензии к Леонову-Гладышеву и замечательно, и мы замечательно их решим вместе, поверьте. Люба, вопрос заключается сейчас не в том. Представьте себе, что вы сказали, и мы будем *, это будет неправильно. И также будет неправильно, если вы скажете, я не буду с ним работать, это тоже неправильно.
Жен1.: Среди присутствующих среди наших гильдии * очень много проблем.
Михалков Н.С.: Согласен. Но когда-то им придется стать розовыми, и ни белыми, ни красными и, в конце концов, они будут полезными. Мы никого не вычеркиваем, поэтому я в данном случае очень прошу вас, я повторяю, я верну свои мысли, я не хочу работать, но я совершенно убежден, что среди них есть люди, которые не знали. Тот же Гладышев мне сказал, почему раньше не сказал. Значит, он понимает, что его точка зрения зависела от того, насколько он услышал то, что он услышал.
Жен1.: А я думаю, что у Петербурга точка зрения другая.
Михалков Н.С.: Может быть, но ведь, в конце концов, вы же сами прекрасно знаете, * прав, он сказал, можно все время обманывать часть народа, можно часто обманывать весь народ, но весь народ все время обманывать нельзя. Так что все оно в результате вылезет.
Муж8.: Значит, как раз красивая цифра получилась, не будем называть, чтобы вы не испугались, но красивая. Кто за данное предложение и выбрать секретариат в составе персональном, который Никита Сергеевич озвучил? Хорошо, опустили руки. Кто против? Воздержался? Принято единогласно. Я бы сейчас хотел бы пригласить к нам сюда в президиум председателя Союза Кинематографистов Белоруссии, Виктора Игоревича Васильева, потому что следующий вопрос связан.
Васильев В.В.: Добрый день, кого не видел, добрый день. Мне очень приятно быть среди вас, мне действительно приятно, что я могу сказать 2 слова именно от себя. Я всегда был приверженцем Союза Кинематографистов, я всегда был верен Никите Сергеевичу Михалкову. Это я говорю от чистого сердца, потому что, если оно есть у человека, ты должен это говорить, должен говорить открыто и прямо смотря в глаза. Это первое. Второе, по сути, правильно, у нас собрания не было, у нас не состоялся съезд в Белоруссии. Съезд не состоялся, хотя многие силы хотели сделать таким образом, чтобы съезд состоялся, и его как бы закрыли, поскольку кворума не было. А согласно устава, у нас собирается большое правление расширенное, где мы избираем среди своих членов исполняющего обязанности председателя Союза кинематографистов Белоруссии. Так и случилось, были разные кандидатуры, достойные кандидатуры, но, знаете, как бывает, вот так получилось, единогласно избрали меня, и большое за это спасибо всем. Что касается вопроса, с которым я хочу выступить, это вопрос содружества наших союзов. Конечно, форма союза будет меняться, но, тем не менее, учитывая, что у нас союзное государство, у нас есть господин Бородин, у нас есть большое количество членов Союза кинематографистов Белоруссии, 336 человек. Это столько судеб, и в это тяжелое время я вынужден обратиться за помощью в Союз кинематографистов России, не прося денег, нет, а для того, чтобы мы собрались, не только белорусский союз, но и других республик союзы, ну, скажем так, на Московском, хотя бы, фестивале, международном, и как бы обсудили всю форму нашего дальнейшего сосуществования. Не просто на документах, не просто словами, а конкретно работой какой-то, чтобы зацепляло, чтобы люди верили, что не только на бумаге существует жизнь между союзами, а и практическая помощь. Поскольку вот элементарные вещи, необходимо, приезжайте, к нам в Белоруссию приезжает очень много людей, очень много режиссеров. Вы знаете, какую вы помощь оказываете Союзу кинематографистов, просто всем членам, всем коллегам в нашей профессии. И именно в то время, когда тяжело, когда невозможно где-то заработать, с какой радостью каждый спрашивает «Едут?» Они не за деньги хотят работать, они хотят получить свое удовольствие, хотят проявить себя в своей профессии. Но это все разговоры. Все-таки я прошу правление и лично вас, Никита Сергеевич, и всех, кто меня поддерживает, организовать нашу встречу, чтобы мы в будущем выработали некую форму общения между союзами. Форму взаимодействия, поскольку, вот я на секундочку отвлекусь, у нас существует «Кино-детям», фестиваль, и часто спрашивают, «А что же так мало фильмов, мало, мало…» Вот знаете что, вот это мое личное мнение, мне кажется, что специально делают таким образом, чтобы не было таких фильмов, чтобы с момента рождения ребенка, когда он видит комиксы, эти порнографические изображения, и до института, в который он будет поступать. А там, где он будет поступать, он будет получать наркотики, чтобы не было, чтобы стерли с лица земли. Это понятие воспитания нравственного человека с детства. Это я к чему говорю, да к тому, что души вот тех именно моих коллег, 336 человек, они сейчас колеблются, их надо поддержать. А поддержать мы имеем право только добрым словом и работой, уверенностью, что мы не сдыхаем, что мы не бросаем вас здесь всех. Что хочу сказать в заключении, Беларусь всегда была с Россией, Беларусь остается с Россией. Это ведь не слова, кто меня здесь знает, Геннадий Эдуардович, здесь мы всегда вместе, правда?
Реплика – Да.
Васильев В.В.: Я очень вам благодарен, Геннадий Эдуардович, за то, что вы меня многому научили, большое вам спасибо. Пожалуйста, верьте нам, не бросайте нас, и мы с вами, мы всегда с вами, как бы тяжело не было. Понимаете, вот существует булка хлеба, и вот она семья, вот она стоит, булка. Иногда мы от нее берем кусочки, едим, но она *, а если ее разрезать, эту булочку, и раздать, что получили, и ничего не осталось, ничего. Семья поела, а утром вспомнили, где брали хлеб. Спасибо большое, спасибо, и если есть это предложение, вот мое, если вы его поддержите, мне было бы очень приятно. Спасибо большое.
Муж.14: Я скажу как бы две фразы.
Михалков Н.С.: Да, пожалуйста.
Муж.14: В связи с тем, что выбран секретариат * в связи с этим, может быть, в связи с этим выступлением, я хочу сказать, хочу напомнить, что существует конфедерация, возглавляемая Ибрагимбековым, в которую Россия не входит. Россия поддерживает отношения с бывшими союзными республиками с помощью двухсторонних договоров. И существует еще кинофестиваль стран СНГ и Балтии, «Новое кино, 21 век», где проводятся круглые столы, на которые приезжают руководители кинематографии этих новых независимых государств. Вот надо думать, эту проблему надо решать. Потому что существование конфедерации, в которую не входит Россия, но которая существует в России, это вообще бессмысленная ситуация. Это одна из первейших задач секретариата, а затем и правления.
Михалков Н.С.: Спасибо, это вопрос очень важный. И я думаю, надо этот вопрос решать не на секретариате, а на нашем правлении. Но вот в чем дело, дело в том, что вы понимаете, после того, как все было услышано на нашем съезде, наверное, либо нам должны ответить, что это не так, хотя там говорят, что подают иски, нам назвали 800 человек, которые против. Где эти бумаги, где эти 800 человек, почему эти 800, какие это 800 человек, так можно было назвать и 9 000, и это все так внедрялось в наше сознание, есть 800 человек. Покажите мне эти 800 человек, которые написали, что они поддерживают незаконный съезд, потративший 5 миллионов рублей и опозоривший союз. Поэтому, я не собираюсь разбираться, в конце концов, там есть для этого свои органы. А то, что говорили на съезде, подтверждено документами. Это вещь такая упрямая, документы. Они существуют, существуют в киноцентре, мы их видели, они есть у нас. Поэтому разговор о том, что это ложь, что это неправда, я не был, я был, это все их лирика. Мы слышали то, что мы слышали, и никто из зала не вышел и не сказал, «Вот у меня документ, опровергающий это, Михалков лжет», этого нет. Но проблема действительно остается. Когда мы выходили из *, из конфедерации в знак протеста в надежде, что раз там нас нет, они не могут существовать в Москве, в центре Москвы, это оказалось иллюзия моя. Прекрасно существовали, да минус еще 5000 *, тут замечательно, и детям хватит. Мне кажется, что мы вопрос этот не должны решать, вы понимаете, благими намерениями, это известно, куда выстлан путь. А мне кажется, что этот вопрос вот так голосованием о создании новой конфедерации не решить. Мне кажется, что это кропотливая рутинная и важная работа. У нас существует предложение от наших коллег из Белоруссии, предложение правильное, и это все равно славянский мир, это все рядом, и в Белоруссию ездят ребята снимать кино, они там снимают сериалы, помогают, там удобнее, выгоднее работать, там есть содружество. И это содружество, оно еще, к тому же, и поддержано материально, поэтому здесь надо придумать форму, как его мы выберем, для того, чтобы это как-то регламентировать. Есть Украина, я не знаю ситуацию, которая там сложится среди наших коллег, но мне думается, что, наверное, есть смысл, если предлагать, то что? Когда была огромные деньги в киноцентре, это сочетание и содружество, оно имело реальный смысл, там кормили, там платили, поэтому были вместе. Когда этого не стало, на чем мы держимся, сейчас надо понять нам просто, самим понять, на чем это держится. На обаяние, личности, на каких-то материальных благах, на просто фронде, на конфронтации в Москве, на чем? Если на конфронтации, зачем брать на это деньги, и как может Министерство культуры давать на это деньги, если это содружество, которое вступает в разрушительную степень. Тем более, что в него не входит Союз кинематографистов. Мое предложение только сейчас мной осмысленное, если есть юристы, я бы хотел, чтобы они меня поправили, если что-то не так. Почему нам не обратиться в Министерство культуры с тем, чтобы более четкий и взвешенный отбор для субсидирования международных мероприятий, связанных с кино был бы осуществлен. И контроль над этим. Принимает участие российский союз в этом мероприятии, мы даем на это деньги, а не принимает – то ищите их сами. Почему мы должны оплачивать совершенно чужие праздники, тем более праздник, где еще и нас обгаживают. Поэтому я считаю, что, может быть, мы должны решением нашего правления обратиться в Министерство культуры с аргументированной бумагой, которая гласила бы, что сегодня, в дни кризиса, когда мы итак еле-еле сводим концы с концами, мы очень просим, чтобы мероприятия, которые проводятся, международные, связанные с кино, ориентировались на участие или неучастие в этих мероприятиях Союза кинематографистов России. Если мы участвуем, то поддерживаем, согласны, если не участвуем, никаких оснований для этого нет. Юридически это возможно? Кто за мое предложение, которое сформулирует резолюционная комиссия, прошу поднять руки. Кто против, кто воздержался.
– Никита Сергеевич, а что такое культурный фонд *
Михалков Н.С.: Я не знаю, культурный фонд?
– Какой-то культурный фонд, * получает от Министерства культуры, и он же *
Михалков Н.С.: Если это частный фонд, пусть получает, какие проблемы. Если частный фонд, пусть получает, нет проблем, * поет песни, сама их пишет, может субсидировать, наверное. Мы же говорим только о поддержке государства. Государство должно поддерживать инициативы, которые исходят из организации, или которые у государства существуют, а не извне, только на личных отношениях.
– Там же тоже * тоже это бюджетные деньги.
Михалков Н.С.: * Анатольевич, мы не будем же * это ее проблемы.
– Там второй *, они вместе это делают.
Михалков Н.С.: Друзья, я считаю, что вот это, встать на след и сейчас душить всех тех, кто вообще кто-то с кем-то общается, нет смысла. У нас есть конкретная задача, есть бюджет Министерства культуры, есть мероприятия, которые связаны с кинематографом отечественным. Мы приглашаем, или мы вот готовы, а) * в развитии того, что я сказал, может быть, есть смысл как-то нам развивать форум и фестиваль стран СНГ и Балтии, и на это получать спонсорские плюс деньги государства, и таким образом привлечь наших коллег из ближнего зарубежья к мероприятию, в котором непосредственно участие принимает наша страна, российский союз. Короче, мы приняли это предложение, *
Верещагин Л.: Леонид Верещагин, * Я хотел просто реплику такую, поскольку речь сейчас идет, это все вопросы, которые мы рассматриваем, у нас идет речь все время о структуре союза. Структура, как правило, она следует за стратегией. Стратегия наша определена чрезвычайным съездом, и глобально это можно * ее охарактеризовать как курс на единство. На единство союза, при котором, и только в нем, можно решить те задачи, которые перед нами стоят. А задач накопилось очень много, поскольку надо решать и поднимать материальную базу союза, надо помогать старикам, надо консолидировать, с моей точки зрения, поколения, молодежь и ветеранов кино. И, конечно же, в общем, в той или иной степени надо влиять на процесс кинопроизводства, чем союз все время занимался. И вот этот круг задач, его невозможно решить без единства союза, и поэтому звучали правильные слова, что несмотря на то, что это общественная организация, где очень глобальных жестких решений не должно быть, нельзя взять на себя персонально, без учета мнения каждого члена союза, какие-то решения. Но, тем не менее, вот эти все задачи, о которых мы сейчас говорим, можно достичь лишь только в единстве, а принципа демократического синхронизма, никто не отменял, поскольку есть решение, его надо выполнять. И вот в связи с этим, извините за долгое вступление, я хотел бы сказать еще о том, о чем мы сегодня не говорили, потому что мы говорим об идее. Безусловно, это правильно, не могут быть в Союзе кинематографистов России отдельные союзы городов, они могут существовать отдельно. Но никто еще не отменял право кинематографистов объединяться по профессиональному признаку. И у нас существуют гильдии, вот я еще член Гильдии продюсеров России. Это отдельная организация со своим счетом, со своими целями, со своими задачами, там есть члены Союза кинематографистов, и есть не-члены Союза кинематографистов. Мы, как Союз кинематографистов, можем выстраивать с этой организацией определенные отношения. Так вот, есть еще гильдии, они как бы в союзе, а как бы их и нет. И не такую глобально закачанные проблемы Матизена мы не решили, исключив его из членов союза. Мы его попросили уйти с этого собрания. И дальше он, как председатель Гильдии киноведов и кинокритиков, заметьте, самостоятельной организации, будет выступать и критиковать все наши действия, и слава богу, пусть критикует, мы говорили про форму критики. Есть Гильдия кинорежиссеров, есть Гильдия кинооператоров, я говорю сейчас про гильдии, которые вот в недалеком прошлом создали огромную проблему внутри нашего союза, и сбив с толку не только членов союза, но и наше общество. Потому что это самостоятельные организации, где есть члены союза и не-члены союза, и которые выступали, в общем, с деструктивной ролью. Мне кажется, что эти организации могут существовать, никто не вправе отменять их существование, но нам надо ставить вопрос, так или иначе, о том, чтобы вот эти гильдии профессиональные, мы можем называть их гильдиями, как-то иначе, они должны быть структурными подразделениями Союза кинематографистов России. И те, кто не придерживается принципов, которые устанавливает съезд, они могут существовать, но они решают свои задачи только вне стен союза. Мы сейчас говорим о конфедерации Союза кинематографистов, а юридический адрес, Васильевская, Московский союз, юридический адрес, Васильевская, и так далее. В связи с чем, и до тех пор, пока, еще раз, как только создаются гильдии самостоятельные, возникают новые элиты, абсолютно нормально. Но эти элиты, они хотят править сами, им не нравится что-то, и они критикуют руководство союза, но вовсе, но точно так же руководство союза может критиковать и союз деятелей в других профессиях, потому что это ничего общего, эта организация к союзу ни имеет, за исключением одного, что в ее числе есть часть членов Союза кинематографистов. Вот у меня нет решения, как это сделать, но вопрос я просто считаю необходимым поставить, поскольку мы говорим как раз о структуре союза, и что с этим делать, нам надо решить, с моей точки зрения, иначе это будет продолжаться. Любые элиты внутри союза, они так или иначе не могут возникать отдельно от союза.
Михалков Н.С.: Какое предложение?
Верещагин Л.: У меня предложение создать из этих гильдий, переговорить со всеми руководителями, либо они становятся структурными подразделениями, либо…
Михалков Н.С.: Так было раньше, у нас все…
Верещагин Л.: Либо они должны покинуть, либо они не должны пользоваться привилегиями союза. Ну, еще раз, Гильдия продюсеров России, очень хороший пример, они ничего общего с союзом не имеет, опять-таки, за исключением того, что есть люди, которые входят и туда, и сюда, не все при этом. Ну, создали организацию, ну и хорошо, Гильдия продюсеров только имеет деньги, потому что там, не важно, за счет членских взносов, за счет того, штампуют юридические лица, студии, и платят огромные взносы членские. Поэтому там есть деньги, там могут решать вопросы. Поэтому если господин Клебанов со своей * Михалкова, что он будто бы не захотел операторам давать права на, делать их авторами художественного произведения. Михалков, для которого профессия оператора важнейшая вообще в кино. И все операторы, которые снимались с Никитой Сергеевичем, его близкие друзья. А как быть с художниками, как быть с монтажерами, ну и так далее. Нельзя было наскоком этот вопрос решить. Но после этого последовала из-за личных амбиций череда целого ряда собраний, осуждений и так далее, и уже никто не знает, с чего началось. И гильдия практически целиком бойкотировала все то, что мы делали.
Михалков Н.С.: Да, подождите, Леня, не уходите. Кстати говоря, то, что должна будет решать наша комиссия по этике, * недоволен господин Клебанов тем, что невозможно дать авторское право оператору, равно как и актеру, равно как и художнику. Потому что оператор, у которого замечательный получился закат в 4 дубле, но плохо играют актеры, имеет право подать в суд и отстаивать свое авторское право. Кино не будет вообще тогда, актер сыграл это хорошо в третьем, а этот сыграл в пятом, у них у обоих авторское право, что делать? Там никогда в жизни * нигде вообще * вообще * Другое *, что они получать могут дивиденды с проката, но это вопрос договора.
– Это правильное заключение договора.
Михалков Н.С.: Это правильное заключение договора, это только договорные отношения.
– Авторского права нет, * нет авторского права ни у артиста, ни у оператора.
Михалков Н.С.: Нигде в мире.
– Нигде в мире. И только * пытается *
Жен.1: Простите, Дима, я вас перебиваю, кто же в нашей демократической благословенной стране заключит договор, если вот дайте мне с проката.
Михалков Н.С.: Нет, заключить заключат, только ты никогда это не получишь. * Но это и мы еще *
– * вступают как раз в гильдии, так, чтобы защищать свои интересы. Но если гильдия * она отдельно существует, * если она существует как профсоюз, она * пусть они отдельно существуют. Если гильдия существует внутри Союза кинематографистов, * глазами союза, * так далее, она должна быть при союзе.
– И подчиняться решениям съезда, правления. *
– * В Петербурге не будет страшных проблем с Гильдиев актеров, абсолютно согласен, потому что год я пытаюсь что-то сделать, ничего сделать не могу. Я не могу возобновить жизнь Гильдии актеров, * киноартистов Петербурга. Ну, не могу ничего сделать. Я пытаюсь разговаривать, * потому что вроде как они с нами, но они сами по себе. Я подходу к Жене, говорю «Женя, *», он говорит «Да мне уже самому надоело», я говорю «Собери людей, скажи, я ухожу», давайте *
– * привел такой очень выразительный пример абсурдный насчет того, что мы может желать оператор, дубль не тот. Это абсурд, Никита Сергеевич, мы делаем одно дело, и речь идет о конечном продукте, к которому можно применять понятие авторства. О конечном, который сделан вами, режиссером-постановщиком, и там есть вклад оператора, который вот можно как-то реально обсуждать, в чем там может быть авторское право.
Михалков Н.С.: * Дело в том, что этот вопрос, который стоял на мировом уровне, и его никто, мало того, были предприняты, кто-то пытался, не помню, кто, и мировое кинематографическое сообщество, их просто опустили так, как дальше некуда. Потому что это, поймите, существует все равно, так или иначе, да простят меня продюсеры, есть мафия продюсеров. В чем она заключается, есть понятие в Голливуде в том же «Pay or play», «Плати или играй». То есть мой брат, который снимал кинокартину с этим самым, «Танго и Кэш», когда Сталлоне себя вел невероятно совершенно, приезжал на съемку на 5 часов позже, с четырьмя проститутками, полный набор. * Кончаловского, который сидит и все это ждет, короче говоря, он сказал «Не хочу, не могу», но договор был такой, или он мог * в любую секунду, но ему платят 100% того, что у него в договоре. Играй или плати, либо ты принимаешь эти правила, либо мы тебе платим, и ты уходишь. И ты не имеешь никакого авторского права, «Final cut*», то есть последняя склейка принадлежит продюсеру. Я к чему, существуют независимые режиссеры, которые имеют *, это в Америке. В Европе последняя склейка принадлежит режиссеру. Когда * проблемы * «Очи черные», там поругались, я сказал * картина не готова. И на грани срыва была премьера фильма, уже были напечатаны копии, потому что там мы о чем-то не договорились, я сейчас уже не помню, о чем. Это европейские правила, но авторство в данном случае существует у режиссера, автора сценария, автора музыки и автора слов песен. Все. Если когда-то пытались эти авторские права распространить на другие профессии, началось такое. Другой разговор, отчисления от проката, от дисков, от телевидения, это другое, это проблема авторских и смежных прав, за которые надо бороться. Но совершенно бессмысленно намечать борьбу за авторское право каждой профессии внутри фильма. Это просто катастрофа, этого никогда не будет, и я сказал об этом честно и вам, я мог сказать «Мы будем заниматься», и наврать. Но это послужило бы поводом для того, чтобы, опять же, Михалков против того, чтобы операторы зарабатывали деньги. В чем, я считаю, абсолютно *, дело в том, что это * во-первых, красивое слово, гильдия. Вы знаете, смокинг есть, * вот это гильдия. Гильдии американские защищают права своих членов, это огромная защита юридическая, это огромная защита материальная, это мощнейшая организация, которая, отчисления от гонораров актеров дают *, Мало того…
– Это профсоюзы.
Михалков Н.С.: Да. Мало того, студия * которую основывал Михаил Чехов, где я имел честь читать один раз мастер-классы, на моем мастер-классе сидел Пол Ньюман и *. Они ходят туда заниматься, * движением, этюды делают. Пол Ньюман делает этюды, чайник изображал. Человек, который уже, это было 10 лет назад. Значит, все основана система на Станиславском, на Михаиле Чехове, на Вахтангове. Каждый год актеры, учившиеся в студии * устраивают публичный ужин, куда приглашается любой желающий, чтобы поужинать вместе со звездами, и платят 5 000 долларов с пары за такой ужин. И они набирают полмиллиона долларов просто за один ужин, когда приходят люди, платят *. Они * в одном зале вместе с Джеком Николсоном. Это совершенно другая система. Когда мы говорим о защите наших прав, пока даже говорить-то не о чем, я имею в виду стариков и социальное обеспечение. Существование гильдии, которая, с одной стороны, гильдия, мне говорят «Совет гильдии принял решение». Кто такие? Они не платят за помещение, потому что считаются членами союза, а живут постоянно * Это как может быть? С этого начинается * Вы скажите.
Муж.15: Можно я поясню. Дело в том, что сказал Леонид, *уже в новой. Дело в том, что если сейчас мы примем какое-то решение в отношении гильдии, запретим ее или нет, это будет неправомочное решение, потому что устав, здесь есть пункт устава «Организационная структура *». Исходя из * разноплановости профессиональной деятельности, члены СК объединяются в рамках СК по профессиональной деятельности в гильдии. Не можем мы это, не изменив устав, убрать. Раз. Второе, то, о чем говорит Леонид, то, что на прошлой неделе я пытался объяснить, но у меня не было под рукой устава. Дело в том, что вот эта путаница существует по той причине, потому что некоторые люди пользуются этим. Они создают и гильдию как структурное подразделение внутри союза, а это в соответствии с уставом звучит вот так. Члены Союза кинематографистов имеют право создавать в рамках СК России творческие объединения без образования юридических лиц и участвовать в их работе, если цели и задачи этих объединений не противоречат положениям настоящего устава. То есть они делают что, они создают в рамках Союза кинематографистов, чтобы разобраться два года потратил на это, создают гильдию в соответствии с уставом без образования юридического лица, устав там пишут свой. И параллельно создают, те, которые наиболее предприимчивые ребята, прежде всего, там операторы, еще кто там, актеры, они создают юридическое лицо под таким же самым названием. Но это самостоятельное лицо, которое не имеет никакого отношения к Союзу кинематографистов, да, пересекается членство, но они не являются структурным подразделением Союза кинематографистов, и они сидят в помещении, не платят аренду, и вы с ними можете спокойно расставаться, с этими людьми. Просто если уставы существуют, и они не являются юридическими лицами, значит, тогда посмотреть их уставы, привести в соответствие с уставом Союза кинематографистов, а чтобы не было такой путаницы, просто слово «гильдия» в новом уставе убрать.
– У них еще и счета свои есть.
Жен.2: Я вообще не хотела, думаю, Валя, посиди и послушай. Никита Сергеевич, во-первых, вам благодарность, что вы меня выбрали в члены правления, я понимаю, что это почетно, я постараюсь оправдать, честно, правда, искренне сейчас говорю. У меня просьба Гильдию актеров не трогать, нельзя. Как другие не знаю, а вот у меня был случай, лично со мной, когда мне нужна была помощь, и я не могла никуда обратиться, и я пошла в Гильдию актеров. Я хожу туда на собрания, что-то они там выбирают, говорят, и действительно Валерия Александровна * Но я говорю честно, искренне, я могу потом сказать, потом вам скажу, как это было, я просто не хочу обнажать *
Михалков Н.С.: * дело же не в том, что не трогать эту гильдию потому, что она мне помогла.
Жен.2: Нет, * потому что там хорошие больницы, цветы, с пенсионерами, они очень много делают, эти девочки.
Михалков Н.С.: Валя, никто не собирается, они могут существовать, ради бога, как гильдии. Но либо они входят в состав союза, и тогда они являются подразделением союза, и подчиняются решениям союза, либо отдельно. Представьте себе, что эта гильдия, о которой вы говорите, становится отделением, даже не знаю, секцией, как это было, актерской секцией художественного кино в Союзе кинематографистов России. Любой свой штаб, * в соответствии с уставом Союза кинематографистов, и делать то же самое. Но мы не можем существовать, есть гильдия, которая есть вне союза, и гильдия, которая внутри союза. И когда им надо, они берут от союза, а когда им не надо, им мешает союз в решении своих, они говорят, что мы самостоятельные. Вот это бардак.
Жен.2: Конечно, не должно быть.
Михалков Н.С.: * об упорядочении, поэтому, в данном случае, вот какое твое предложение?
Жен.2: Вот можно я еще скажу, одну секунду, * раз уж я взяла слово, я сейчас глупость скажу, но все-таки хочу сказать * Извините, ради бога, правда, честно, вот нельзя ли такую вещь сделать от союза, все-таки есть гильдия критиков, или секция критиков, и вообще Союз кинематографистов это мощная организация. На сегодняшний день, я говорю абсолютно искренне, с такими мощными деятелями культуры, режиссерами, критиками и так далее. Нельзя ли как-то вот сделать так, чтобы гильдия критиков или Союз кинематографистов выдавал какую-то лицензию на ту продукцию, которая идет на телевидение. Вот, например, проходит сериал, я понимаю, что каналу наплевать, Министерству культуры тоже наплевать, но кто-то же должен сказать, что это антихудожественно. Я понимаю, что вас могут не услышать, но если Союз кинематографистов и гильдией пошлет это в Министерство культуры, пожалуйста, читайте, пошлет это в отдел культуры при президенте и пошлет это на канал, толи «Россию», толи «Первый канал». Пусть они не читают, но вы послали, вы сделали эту акцию, вы сказали свое слово. Может, я еще раз говорю, я глупость сказала, * но честно, мне кажется, что так. * я сидела в одном санатории, был только канал Первый и НТВ, или тот или другой канал надо было смотреть. НТВ, прекрасная, в Петербурге * советская, восхищаюсь, если пригласила бы, пошла бы. Потрясающий сценарий, режиссура, набор актеров великолепный. И вдруг я смотрю какой-то ужасающий сериал, на первой минуте 5 трупов, на второй 3, и ужас, кровь, кошмар, антихудожественно. Тогда я думаю, кто это сделал, я не знаю, может быть, я неправа, Мамедов, я увидела, режиссер Мамедов, Петербург. Но кто-то должен сказать, что это антихудожественно.
Михалков Н.С.: Мамедову?
Жен.2: Да зачем, хоть кому.
Михалков Н.С.: * хоть кому-то скажем, что Мамедов *
Жен.2: Нет, я сейчас сказала это *, а это * Михалков возглавит, скажет «Это антихудожественно».
Михалков Н.С.: То есть *
Жен.2: Гильдия актеров не трогать прошу *
– Я просто еще раз скажу на примере Гильдии актеров я скажу *
Михалков Н.С.: Секунду, мое предложение, продлиться, подожди, давайте, чтобы не делать перерыва, лучше закончить и потом спокойно пообедать, потому что я после перерыва не смогу.
– Вот путаница почему возникает, есть Гильдия актеров как структурное подразделение Союза кинематографистов, которая не имеет, она не является ни юридическим лицом, не имеет ни печати, ни счета. И руководителем является кто у вас? * Правильно, нет, она генеральный директор, у вас руководитель, председатель Гильдии актеров. Был перед этим, я знаю, Галкин. И есть Гильдия актеров, не в составе Союза кинематографистов, самостоятельное юридическое лицо, которое имеет печать, имеет свой счет, и те же самые лица являются руководителями. То же самое и Гильдия режиссеров, специальная путаница, не знаю. И убрать это можно только изменив устав, хотя бы название изменив, то есть убрать «гильдия» *
– Дело в том, что та уставная комиссия, которая была избрана 4 года назад на съезде, часть от нее работала. И я не знаю, что произошло, мы при подготовке проекта устава к этому и пришли, и договорились. Другое дело, что дело в названии, что структурное подразделение союза, которое выполняет все решения и подчиняется, как положено, и, может быть юридическим лицом, которое занимается коммерческой деятельностью, благотворительностью, чем угодно. И мы к этому пришли. И договорились, что, разговор с гильдией…
– Может быть, мы, знаете как поступим, для того, чтобы закрыть этот вопрос, может быть, лучше * правление рекомендовать уставной комиссии разработать положения * именно на работу гильдии и союза. Если мы сейчас все равно не можем.
– Господа, вот еще раз…
– Сейчас решить этот вопрос, сейчас в соответствии с уставом. Вот записываю, исходя из специфики разноплановости профессиональной деятельности члены СК России объединяются в рамках СК России по профессиональной деятельности в гильдии. Значит, мы проводим собрание актеров, режиссеров, операторов, всех, и говорим, ребята, вы по профессиональной деятельности являетесь членом гильдии. * комиссия, и все, а надо оставить тех, кто имеет устав, вот документы Гильдии режиссеров, у них нет никаких двух гильдий. Есть вот гильдия, зарегистрированная в 2003 году 20 января, через 2 месяца после пленума, на котором мы ругались с Хуциевым, помните? Когда Хуциев сказал, что он приведет устав Гильдии режиссеров в порядок. Что такое эта гильдия? Они не имеют никакого отношения к членам Гильдии режиссеров. Членами гильдии могут быть профессиональные кинорежиссеры, граждане России, самостоятельно осуществляющие постановку аудиовизуальных произведений, отвечающих определенному художественному и профессиональному уровню, признающие устав гильдии и обязующиеся участвовать в ее деятельности. Где здесь Союз кинематографистов?
– Я же и говорю, это самостоятельное юридическое лицо.
– Они нам должны быть до фени.
– Так а я о чем говорю? Причем здесь они?
– Позвольте я закончу то, с чего начал, потому что, на самом деле, развернулась огромная дискуссия, потому что * обменялись мнениями. С моей точки зрения те гильдии, про которые вот мы говорим с Иваном, которые не имеют никакого отношения к союзу, либо они каким-то образом пересматривают свои положения, свое отношение к решениям съезда и собрания союза.
Михалков Н.С.: Чтобы путаницы не было.
– Да, чтобы не было путаницы, либо есть еще одно * они должны покинуть или платить за те помещения, которые находятся в союзе. Если они занимаются коммерческой деятельностью, почему они там сидят бесплатно, и так далее. И в результате те люди, которые возглавляют самостоятельные коммерческие организации, что нормально, они зачастую себя противопоставляют всем нашим решениям и решением союза. И последнее, уважаемый *, я вот лично тоже к операторам отношусь с огромным уважением, вы это знаете, мы вместе работали. Поэтому я бы сейчас не вступал в дискуссию даже по поводу авторских прав * и прочее. И, наверное, операторы могут претендовать, хотя могут и не претендовать, речь о другом. Просто один раз Михалков позволил себе искренне в нормальной человеческой дискуссии, вместе с остальными членами соответствующего пленума, усомниться в возможности того, что операторы вот так с наскоку могут обладать авторскими правами. Это диалог, это длительная процедура, никто же этого не отвергает, но в диалоге каждая сторона может услышать какое-то мнение, но это послужило поводом многолетней агитации внутри членов вашей гильдии со стороны, в частности, Клебанова персонально, чтобы вот такой обструкции подвергся и съезд союза, и Михалков лично, и люди, стоящие рядом с ним, а этого быть не должно. Потому что мнения могут быть разные, а вот рычагов управления на наше общее решение не должно быть у гильдий, которые не являются структурами * в союзе.
Мирошниченко С.: Сергей Мирошниченко, я полностью поддерживаю Леонида Эмильевича, у нас семейственность. Я бы хотел сказать, первой задачей для нас сейчас стоит структура союза, которая становится управляемой. Сейчас она неуправляема. Дело в том, что вот эти, мы все собираемся, но мы не работаем ежедневно в союзе, а работает определенная структура, которая, на самом деле, начинает де-факто подчиняться тем самым гильдиям, которые там, там есть просто администраторы, которые работают ежедневно, имеют финансовый счет и так далее. И я уже давно с Климом Анатольевичем, мы заложники определенной ситуации. Вот у нас, например, есть некая комиссия, и одно время хотя бы Клим Анатольевич управлял, одно время я управлял. Сейчас сама комиссия сама собой управляет, в единственном человеке. Вот единственный человек, вот единственный человек, Рита Давыдовна Черненко, она сама принимает решения, сама участвует во всем, а мы повлиять уже на эту ситуацию не можем, просто нет механизма каким-либо способом влиять на эту ситуацию. Прошу привести каким-то образом систему в порядок, иначе все будет бессмысленно.
Михалков Н.С.: Хочу понять, каким образом это можно сделать. Это вопрос архиважный.
Муж.16: Сейчас у нас прошел съезд в марте, и вы вполне, есть основания для того, чтобы провести собрания по профессиям, тем более уставы, и предложить по профессиональным объединениям, положения об этих гильдиях, в котором будет все четко прописано, провести выборы руководителей этих профессиональных объединений, и вести какой-то учет. Потому что когда вот судебный процесс был по декабрьскому съезду, судья так и не могла добиться ни от кого, ни от Хуциева, по какому принципу вы входите. А как аргумент говорю, Михалков имеет 4 профессии, куда он должен входить в этой ситуации? То есть должно быть какое-то положение о гильдии, если она, на сегодняшний момент, провести собрание, имеете право провести собрание, это же структурное подразделение Союза кинематографистов. Вот это положение принять о гильдиях, уже конкретно, это двойное толкование, оно не имело с членами Союза кинематографистов, и провести выборы. А те юридические лица, тем более, я хотел бы напомнить, по уставу, юридические лица не могут быть членами Союза кинематографистов, просто или заключить с ними договора на эти помещения, или просто попросить, чтобы они освободили помещения. Потому что я думаю, что это вот как было в свое время, «Ласковый май» одна организация, и еще существует вторая похожая под названием *
– Московские эти гильдии, они же московские. В этом тоже * московские Гильдии операторов, ну так же, да?
– Де-факто да.
Муж.16: Нет, в соответствии, вот дело в том, что по положению, которое прописано в ваших гильдиях, они вообще более широкий охват, там не всю территорию России. Это другой вопрос.
Михалков Н.С.: * мы не имеем права вносить изменения в устав. Но мы имеем право, на что мы имеем право, наше правление на сегодняшний день? Володь, что ты хочешь?
– Вот я хочу сказать, решение очень простое, поручить правлением сейчас, поручить юридическому отделу и новой дирекции, в течение месяца провести ревизию данных гильдий в соответствии членству в Союзе кинематографистов. Все. В соответствии вот этому уставу, проведут ревизию и все.
Михалков Н.С.: Одну секунду. Ребята, я здесь хочу очень ясно, абсолютной ясности и четкости. Мы имеем право на то, чтобы поручить секретариату или правлению, и назвать, кто будет этим заниматься, привести в соответствие.
– Совершенно точно. Деятельность данных гильдий.
– Не надо говорить «гильдий», структурных подразделений.
Михалков Н.С.: Структурных подразделений * там стенограмма пишется?
– Совершенно точно.
Михалков Н.С.: Значит, кто может, сроки.
– Месяца хватит вот так вот.
Михалков Н.С.: Месяц. Тогда 15-е, да, пожалуйста.
Муж.17: Я хотел вот что сказать, проблема очень большая, сложная, это так. Я бы хотел призвать к тому, о чем сейчас говорилось, то есть разработать, проработать, понять, увидеть, ощутить, почувствовать систему сложения на данный момент. А также понять, каковы перспективы воздействия на изменение этой ситуации. Я хотел бы предложить, чтобы те люди, которые в состоянии грамотно осматривать эту ситуацию, могли бы представить себе, когда я учился в первом техническом вузе, у нас была * по сопротивлению материалов, который, скрипя башмаками, ходил и очень часто говорил слово «компрОмисс». Вот система компрОмисса, она будет возникать, хотим мы того, или не хотим. И рассмотреть это, и посмотреть, крайне важно.
– Мы путаем разные вещи совершенно.
Жен.3: Простите, секунду, значит, смотрите, еще раз, у нас существуют гильдии, у нас есть даже две книжки, у меня есть «Член Союза кинематографистов» и книжечка «Гильдия актеров». Сюда платишь деньги, сюда платишь деньги. Я бы хотела предложить, поскольку гильдии собираются, * предложить гильдиям войти в состав союза. Кто хочет, тот скажет, Гильдия актеров, хотят быть членами, то есть в составе Союза кинематографистов, они вот * большинством голосов, отлично, они в рамках союза. * мы хотим отдельно, ради бога, отделяйтесь, отдельный счет, отдельное помещение, и отдельная организация. Вот, может быть, так попробовать, и тогда у нас будет очень упрощенный вариант, предложить сегодняшней гильдии, которые отделены, войти, влиться для консолидации в союз. Кто хочет, тот это делает, кто не хочет – отделяется.
Михалков Н.С.: Согласен, но дело в том, что, я считаю, что уже само по себе порочно, то, что, вот представьте себе, эта гильдия, она вошла, а та гильдия, это уже разных две гильдии, все, конец. Мы должны, мне кажется, правильно, что нужно провести мониторинг, отношение к этому, и так далее. Но у нас потому что, * уходите отсюда, вы нам не нужны. * вы хотите, чтобы это, это, это и это вам принадлежало, как и всем остальным членам союза, которые не являются членами гильдии? Хотите, тогда будьте любезны, входите в союз, забудьте про то, что у вас есть свой устав и свое юридическое лицо и свои счета, вы можете существовать отдельно, но, находясь в союзе, внутри союза, вы должны быть в секции, отделении, не важно, мы должны разделить. Это первое, и второе. Абсолютно немыслимо путать эти два понятия, потому что мы все время наталкиваемся на то, когда выгодно профсоюзам не принимать решения, совет гильдии решил не портить решение союза. А когда невыгодно – мы самостоятельная организация, мы живем отдельно. Поэтому я предлагаю следующее, кто готов из тех, кто понимает, о чем идет речь, принять участие в разработке этого положения, которое будет подтверждено и принято нашим правлением. Кто готов?
– Нет, надо, чтобы это юристы сделали, а на секретариате это…
Михалков Н.С.: Правильно. Дело в том, что юристы желания, и не дадут нам делать там то, чего нельзя. Но наши желания сформулировать мы должны, вот я не знаю, Сергей Мирошниченко, ты, Женя. Леонид Верещагин, сколько нужно человек еще чтобы это сделало? Хватит? Иван, как юрист. Четыре человека.
– Я был президентом гильдии * производства, принципиально не входя в гильдию продюсеров, во главе Досталь, потому что я считал, как *, с этим человеком в одной гильдии. И спокойно обходился, потому что считал, что продюсер это больше организатор производства, * когда картинку, и пошел. Но * в таком состоянии, что вроде как бы он не принимал отдельный счет, и не вел свою самостоятельную работу под какие-то деньги, и какой * это быть не могло. Я просто платил из своего кармана людям, потому что надо было кормить. В какой-то момент, лечить, я понял, что вся функция президента гильдии, она заключается в том, чтобы помогать * из собственного кармана. Гильдии, они могут существовать и должны существовать отдельно. Речь идет о том, зачем гильдии Союз кинематографистов. Союз кинематографистов, комиссия по учету и контролю людей. Вот это главное, чтобы не пропустить кто хотя бы умер даже, извините. Потому что Союз кинематографистов должен знать каждого * членов Союза кинематографистов. Гильдия то совершенно другое дело, она не давала, там, допустим, для вступления в Союз кинематографистов, но она может жить совсем другой жизнью своей. Это гильдия, это отдельно. Это надо было * создавать, надо было приложить, может быть, мне больше усилий. Но я просто добровольно оттуда ушел, и ничего не потерял, ни гильдия, ни я сам, был я там президентом * не был президентом. Также происходит и в гильдии продюсеров, Досталь ли, Водкин, Рюмин, какая разница. Если у нас все гильдии, не американские, они действительно называются так, но они так не живут, и поэтому со своими проблемами пусть остаются в стороне. А Союз кинематографистов другая организация , и она должна жить по тем правилам и цитатам, изложенным давно, и себя оправдывали комитеты, комиссии вот таким образом, и дальше будет продолжаться. И также * есть Гильдия актеров, * она может * сама по себе, гильдия. Но и комиссия по актерам тоже будет помогать, комиссия по режиссерам будет решать задачи с помощью тех людей, которые избрали правление и секретариат. Вот такая ситуация, здесь просто это гильдии нужны *
– Вопрос простой, кто будет финансировать работу комиссии.
– Комиссия * собраться, люди уважаемые, еще раз посмотреть на это. Я не забыл, еще один вопрос, * там нам было предложено искать форму взаимоотношений с Белоруссией. Я пошутил о том, что * если вы нам все время напоминать о Белоруссии, но Василий сказал о том, что он как-то в пылу гильдии, в малом * кстати, забыли *
Михалков Н.С.: Я думаю, что по поводу Белоруссии мы должны просто для себя определить...
– Я думаю, что, наверное, мы поддержим идею о создании вот такого Союза кинематографического, организации…
Михалков Н.С.: * Извините, я думаю, что просто это как бы как начало, может быть, как фундамент для дальнейшего развития этих отношений межнациональных, и в рамках СНГ, как раз зафиксировать наше единение с Беларусью. Как это оформлено, это же неграмотно сдела\но, кто это *.
Муж.18: * начальник международного отдела Союза кинематографистов. Правда, здесь как-то робко заявили о международной деятельности, хотя я хотел бы просить правление, секретариат, вас лично, Никита Сергеевич, о том, чтобы этот вопрос непременно обсудить и в очень ближайшее время. Дело в чем, что это направление требует очень серьезного и глубокого анализа, и, если хотите, помощи, в том числе и материальной. Могу сказать, что в последние годы, совсем недавно, простите, нас там не стояло, за рубежом. Сейчас ситуация меняется, и мы стали появляться, интерес к этому есть, специально направляем программы, и могу с гордостью сказать, что Союз кинематографистов в этом процессе принимал не последнюю роль. Но дело в чем, что эта работа требует феноменальных усилий. Начиная от того, что хотя бы даже заставить кого-то из режиссеров дать картину, чтобы включить ту или другую программу. Мы это делаем, раньше мы это делали вместе с Госкино, вот Сергей Владимирович * у нас были общие планы, когда подписывался план Никиты Сергеевича Михалкова, где направлял, и в Министерство культуры. Потом все это дело зарубили. Теперь нужно подавать заявки на какие-то мероприятия, так сказать, за рубежом. Мы знаем, как это проходит, как это получают, где проводят, скажу просто, проводят очень плохо, проводят примитивно, но проводят. Но на эти цели идут колоссальные деньги. Просто бешеные деньги. Я хочу здесь обратиться с предложением, чтобы мы непременно вернулись к тому, если хотите, советскому образу действий и нашего поведения в работе по продвижению нашего кино за рубежом, как объединения усилий Министерства культуры, Министерства иностранных дел, центров за рубежом и так далее. Я могу просто привести пример вот какой, что сегодня в Москве существует столько центров зарубежных, которые существуют при посольствах, которые тратят колоссальные деньги. Вот последний пример, мы только что провели * в Доме кино неделю польского кино. Самые последние современные программы, фильмы польского кино. Перед этим, где-то за 2 недели кто-то, частное лицо, провело в кинотеатре «Художественном». Такое же мероприятие с другой программой. Но когда мы проводили это сейчас тоже в Доме кино, польский культурный центр выделил на это самые лучшие картины, он пригласил джазовый коллектив за свои деньги, вы понимаете, какие это расходы, пригласил несколько человек, приехал джазовый коллектив, певицы и так далее и тому подобное. Вот сегодня нам нужно, нам нужно для того, чтобы, так сказать, мы могли идти дальше. Сегодня мы есть на Тихоокеанском регионе, сегодня мы есть на Ближнем Востоке, сегодня мы есть в Европе. Мы не лезем в Канны, мы не лезем в Берлин, я понимаю, что каждый режиссер, который снимает квартиру, он сразу нацелен на эти фестивали. Но есть совершенно интереснейшие другие фестивали, есть третий мир, куда я причисляю и европейские страны, которые, так сказать, не обладают таким авторитетом, как Канны, но они хотят показывать наше кино. И я хочу обсудить вопрос * обсудить международную деятельность Союза на каком-то секретариате.
Михалков Н.С.: Спасибо. Я считаю, что это правильно и более того, я думаю, что точно также, мы будем просить Министерство культуры отнестись к международным фестивалям с участием или без участия российской стороны, учитывая мнение Союза, я думаю, что, может быть, и в этом смысле те средства, которые тратятся на организацию таких фестивалей и мероприятий, все-таки тоже проходили через Союз кинематографистов, а не решался бы только чиновниками Госкино. И я думаю, что в данном случае Сергей Иванович, как человек, который изнутри этой организации, может быть в этом смысле очень полезен, и думаю, что… записал бы я, чтобы такая бумага была грамотно составлена, наше письмо в * том письму, которое будет организовано по поводу мероприятий, связанный с деятельностью КСК. Что давайте в сухом остатке по поводу гильдии. Назначены четыре человека – Сергей Мирошниченко, Зир Бородачев, Леонид Иосифович Верещагин, Женя Ерасин.
– И Арсеньева.
Михалков Н.С.: И Арсеньева. Хорошо, записано. Число – 15 июня, согласны? Кто за предложение, давайте комплексно проголосуем за предложения, которые были высказаны, вот за эти последние. Кто за то, чтобы принять предложения? Кто против? Кто воздержался? Единогласно. Спасибо. Друзья, мы хотели обедать, принимаю, но, боюсь, после обеда мы не соберемся, поэтому я бы хотел, чтобы мы для себя… да, приемная комиссия…
– Положение.
Михалков Н.С.: Положение, давайте про положение, да, реплика.
– Одна реплика и, я думаю, что мы заканчиваем. Я обращался к руководителю нашего Союза, письмо ответное я не получил, я думаю, что сейчас Пленум проголосует за то, чтобы Союз кинематографистов был соорганизатором 18-го МКФ «Золотой Витязь» в Липецке, поскольку 23-го там будет практически выездное собрание нашего *. Кто за то?
Михалков Н.С.: Еще раз.
– За то, чтобы Союз кинематографистов России стал официальным соорганизатором кинофорума «Золотой Витязь» в этом году в Липецке. То есть вы уже это делаете, уже вместе работаете…
Михалков Н.С.: Деньги нужны?
– Нет, просто закрепить.
Михалков Н.С.: Это предложение правильное. Николай Петрович предложил провести 23-го числа круглый стол «Российское кино сегодня и завтра». На него приглашены многие кинонаправления. Там будет и Кургинян, будет Сергей Владимирович, я приеду, Бог даст, будет очень серьезный человек Тростников, будет помощник президента по культуре Лаптев, будет Борис Любимов, ректор Щепкинского училища. Там будут достаточно серьезные люди, там будет Сокуров. Там будет Сокуров?
– *.
Михалков Н.С.: То есть мы можем говорить серьезно о кино и, я думаю, что в рамках «Золотого Витязя» как раз мы сумеем продолжить сегодняшний разговор, главное, чтобы он опять не сводился к моноразделу – вот это наше, а не наше. Поэтому разговор должен быть в достаточной степени об общей судьбе кинематографа, а не о том кто за кого. Положение. Подожди секунду. Ты читал Положение по приему? У тебя есть поэтому поводу, да? Давай, по Положению по приему в Союз кинематографистов, председатель приемочной комиссии Караваев *.
Караваев: Юристы составили это Положение юридически грамотно, вероятно, с холодной головой и холодным сердцем. Первый вопрос у меня возник такой – с 1-го июля 2009 года размер вступительного взноса устанавливается в 10 тысяч рублей, ежегодный взнос в 12 тысяч рублей, то есть тысячу рублей в месяц. Я с этим не могу согласиться, ставлю на ваше обсуждение. Прошу обсудить. Пункт 2/4 «О порядке уплаты вступительных членских взносов членами Союза кинематографистов». Вступительный взнос – 10 тысяч рублей. Далее пункт 3/5 о ежегодном членском взносе в размере 12 тысяч рублей. Мы хотим привлечь молодежь.
Михалков Н.С.: Пункт 3/6 – льготы в виде полного или частичного сокращения от уплаты членских взносов могут предоставлять малоимущим, ветеранам, пенсионерам, инвалидам и другим категориям членов СК России по решению правления на основании представления приемной комиссии (или комиссии фонда) помощи малоимущим членам СК РФ при наличии подтверждающих документов. О чем идет речь? Друзья, 100 рублей в год… 100 рублей в месяц… сколько? 500 рублей в год. 300 рублей в год. Нет, мы сейчас платим 300 рублей в год. Благородно, демократично, но это смешно, это смешно. Это что, для того, чтобы 5 тысяч человек собрали по 5 тысяч рублей, сколько это будет? Кто считает быстро? 250 тысяч. 10 тысяч долларов в год это организация в 5 тысяч человек собирает взносов. Ну чего вы, о чем вы говорите? При том, что существуют люди, которым и это тяжело, пенсионеры, инвалиды вообще 10 рублей. У нас пенсионеров 4 тысячи. Или мы будем так спокойно, совершенно серьезно относиться к тому, что, да, это хорошо, заплатил 10 рублей в год, он член Союза. Но это все не для истории. Сегодня вступают в Союз мощный, работающий люди, который должны ценить свой приход в Союз, и 10 тысяч рублей заплатить, мы же не дань собираем себе в карман, но за счет этих денег можно будет что-то конкретное делать для тех, кто вообще не может платить и вообще когда * этих 10-ти рублей. Ну это же непристойно. И 12 тысяч рублей в год это не такие большие деньги для тех, кто работает в кино, не такие большие деньги. Как раз это и есть тот самый случай, когда ты можешь… я могу 60 тысяч рублей положить, внести свой взнос? Да. Но минимум мой 12 тысяч. Если я могу положить больше, я положу больше, ведь разговор идет не о поборах, а о том, чтобы эта организация уважала себя и тех, кто не может платить в силу того, что он уже не работал.
– Работающий член Союза.
Михалков Н.С.: Работающий, правильно. Мы для этого и пишем и для этого даем это читать. Это же раздается для того, чтобы прочесть и подумать, это же не то, что * проголосовали и все приняли. Разговор идет о том, что мы предлагаем в данном случае увеличить этот взнос для того, чтобы он был видимый хотя бы, чтобы было понятно, что это такое. Плюс к тому вступление в Союз кинематографистов. Сегодня человек, который, конечно же * – «Что вы может мне предложить, я на Гаваях вообще живу», я могу каждый месяц в Куршевель ездить, а кому-то не может… другие не могут ездить в Куршевель. Но он должен приходить сюда, что он зато сможет воспользоваться «Boshe» отремонтированным или Пицундой, Бог даст, мы возьмем. Это должно быть в достаточной степени видимо. * коррекция – работающий член Союза кинематографистов. Как это сделать? Как это сформулировать правильно юридически? Но я совершенно уверен, что оставляя сегодня 500 рублей в год и 10 рублей пенсионеры, а их 4 тысячи, 40 тысяч рублей в год, потому что их 4 тысячи пенсионеров, ребята, это непристойно. Поэтому я предлагаю изучить этот вопрос внести предложения, отшлифовать их, но в любом случае мы должны выходить на так сказать… Что ты хотела?
Жен.1: У меня такое предложение – работающие пенсионеры, инвалиды, ветераны работающие тоже должны платить членские взносы. Если вы говорите, 4 тысячи пенсионеров, то из них 2 тысячи неработающих.
Михалков Н.С.: Я понял.
Жен.2: Кем они работаю-то? Дворниками.
Михалков Н.С.: Понятно, смотрите, друзья. Да, пожалуйста.
Жен.3: Эти цены очень завышены, для регионов… мы потеряем в регионах сразу же всех.
Михалков Н.С.: Мы сейчас обсуждаем этот вопрос, знаете, может мы сейчас обсуждаем этот вопрос для того, чтобы принять решение принципиальное об изменении существующего правила. Его надо менять. Если мы имеем в виду регионы, понимаю, что там должна быть другая льгота, другая шкала. Это надо прорабатывать, но абсолютно для меня очевидно, что оставлять как есть это безумие. Но вместе с этим… Мы оставляем вот этот пункт у нас, и считайте что все дальнейшее, что мы делаем, становится таким же *. Поэтому шакала, понимаю, но все равно вступающий в Союз, он все равно должен вступать с каким-то взносом. Нет, пусть он не будет таким большим, но это взнос, который должен быть ему ощутим и *.
– Никита Сергеевич, я хочу внести предложение, что доработать это предложение нужно, этот пункт доработать. Почему бы не внести прогрессивное, допустим, член Союза кинематографистов снимает фильм – режиссер, актер, сценарист, и почему бы немножко бы не добавить членских взносов. Поэтому надо доработать это предложение. А для регионов, конечно, это сложно. Надо доработать, просто доработать
– Безусловно, надо менять, абсолютно согласен, но 12 тысяч это двухмесячная зарплата режиссера документального кино, Сергей Владимирович это знает прекрасно. Это цифры неподделанные. Кто снимает, кто работает двухмесячная зарплата.
– Мне кажется, что просто нужно дополнить и разработать это положение, дифференцируя и по профессиональному признаку и по занятости. Здесь очень серьезный вопрос, потому что, правда, это касается многих людей, кто зарабатывает значительно меньше, чем остальные. Это очень опасно, я понимаю, но я абсолютно согласен с Никитой Сергеевичем, так нельзя оставлять, нельзя. Я могу вам сказать пример, мы в Петербурге в прошлом году решили, договорились на общем собрании, что мы поднимем членские взносы, потому что нельзя, это стыдно, когда я, работающий режиссер, я плачу 300 рублей в год. Мне стыдно эти деньги платить, просто стыдно, потому что я зарабатываю несоизмеримо больше. Поэтому, мне кажется, что это очень опасно, но, мне кажется, что здесь нужно создать комиссию, которая проработает как раз именно дифференциацию членских взносов и вступлений.
Караваев: Но есть простой пример – процент от заработка. Я поднял этот вопрос, чтобы мы его обсудили, и сейчас не принимать его, а принять на следующем заседании правления. Обсудить нужно, потому что оставлять то, как есть, никто не собирается оставлять, но и зарываться до 10-12 тысяч, мне кажется, это неправильно.
– У нас сейчас создается достаточно сложное поле конфликтное. Мы начали с *, сейчас мы перешли к гильдии, теперь мы говорим о членских взносах. Это все очень острые вопросы, которые нас к благодушию не приведут. Деятели, профессиональные деятели, которые существуют, тоже собирают членские взносы, и они, конечно, резко больше членских взносов Союза кинематографистов. Смешные 300 рублей, это, конечно, несерьезно. Я бы согласился с цифрой, которая предложена к обсуждению. Следующий пункт, идущий за 12 тысячами поясняет, там может быть целая градация скидок по возрастам, по инвалидности, по пенсионности. И вот эту-то часть как раз и стоит разработать, а за основу взять то, то там есть.
Михалков Н.С.: Андрюша, * я что хочу сказать? Ты говоришь, что у нас конфликтное поле, но ведь дело в том, что любое движение, оно в этой ситуации всегда будет конфликтным, мы должны понимать, на что мы идем. Ведь мы в данном случае… Вопрос заключается в следующем – мы должны двигаться. Когда все приросло, все примерзло, все присохло, начинается любое движение очень больно – начинает кровоточить что-то, начинает что-то болит и так далее. Но нам немыслимо оставлять как есть. Мы опять придем к той же самой рутине, которая взрывается тем, что произошло в декабре. Поэтому я к этому веду, что я призываю – не надо бояться *, как писал Мао Дзюдун. Но в данном случае мы должны понимать, что мы, что-то двигая и меняя, все равно кому-то будем доставлять… главное куда мы идем.
– Можно? Я бы хотел обратить ваше внимание вот на что – не на цифры, в конце концов, мы сейчас создадим комиссию, которая доработает этот документ. Потому что не вызывает сомнение одно – платить 300 рублей это безобразие. С другой стороны, я понимаю, что этот вопрос поднимался на одном из первых съездов, еще покойный Марягин говорил, что платить 1% со всех заработков, Лотяну вскочил, сгоряча закричал 2%. Появились продюсеры, которые готовы были внести за год свои доходы сразу же согласно вот этого предложения. Это надо обговорить и понять, что лучше, и все-таки создать такую комиссию. Но есть одна вещь. Скажем, существует правление, сколько раз в год оно… но там написано, что вопрос о снижении, понимаете, будет решать правление. Человек нашей профессии в любой день может потерять работу и может перейти из старостно работающего человека в пенсионеры. И когда правление соберется и решит, что он имеет право не 12 тысяч в год платить, а меньше, это не очень рационально, потому что правление у нас собирается в полном составе только на Пленуме, понимаете, если так говорить. Значит либо это должен решать секретариат оперативно, либо руководство Союза, это надо понять еще, понимаете? Потому что это вопрос болезненный, мы можем только провоцировать конфликтные ситуации.
Михалков Н.С.: Друзья, и тем не менее, я думаю вот о чем. Вы понимаете, Михаил Ильич, я не знаю, мы же не имеем право, это очень просто – давайте будем больше платить, те, кто работают, пусть несут больше, а те, кто нет, пусть ничего не несут. Мы должны юридически все это дело абсолютно правильно, грамотно взвесить. Не знаю, может ли быть такое, не знаю, говорю так, от фонаря, что называется, что при заключении контракта с продюсером, актер, режиссер, оператор и так далее в этом контракте имеет определенную сотую, десятую или процент, который автоматически, я не знаю, имеем ли мы право на это или мы можем договориться друг с другом о том, что…
– Только договориться.
– Только договор.
Михалков Н.С.: Договориться, что каждый, кто заключает контракт, 0,1% автоматически переводит на счет Союза кинематографистов для своего же будущего, когда у него не будет этих контрактов.
– 1% или 0,1%?
Михалков Н.С.: Нет, 0,1, хоть 10%, никто ничего не скажет, 0,1 или 1% можно.
– *.
Михалков Н.С.: Друзья, кто может взять на себя, и кто может это сделать? Это должны сделать юристы, это должны сделать творцы…
– Экономисты.
Михалков Н.С.: Экономисты. Кто возглавит вот эту работу по упорядочению членских взносов в Союз кинематографистов?
– Председатель приемной комиссии.
Михалков Н.С.: Я не думаю, что это будет Элизбаров или это будет его *.
– Никита Сергеевич, говорит периферия. И из Волгограда, я пенсионер. Я думаю…
– Работающий пенсионер.
– Сейчас кризис и я * не могу. Я думаю, если мы собрались сюда не для того, чтобы обсуждать вот эти вот мелочи, я думаю, я вам скажу, когда мне 60 лет исполнилось, в Волгограде у меня * совпадение – председатель пенсионного фонда родился, как и я, 1 апреля 43-го года. И он захотел попижонить, он выше и прочитал мое пенсионное, там было написано – «…и назначить пенсию в размере 1640 рублей, 96 копеек пожизненно». Я ему протянул руку и говорю – «Спасибо, что не посмертно». Так вот, нам сейчас, по-моему, не до этого, у нас один день, которого уже половина прошла. Я лично из своей вшивой пенсии, я готов 500,если надо платить для того, чтоб Союз был. Не будет Союза, тогда чего мы тут сидим?
Михалков Н.С.: И что?
– Платить.
– Платить.
Михалков Н.С.: А вот так вот * приходит в голову *. Хорошо. Это не мелочи, друзья, мало того, это не вопрос денег, это вопрос престижа, сами понимаете, это не вопрос денег, это вопрос престижа. Есть в Союзе люди, которые уважают своих коллег, которые могут из своих контрактов отдавать спокойно какой-то процент в Союз кинематографистов, зная, что он идет не в карман кому-то, а он идет на дело. Это уважение к своей профессии, это уважение к своим коллегам. Поэтому я думаю, давайте вопросы поручим Сергею Владимировичу к 15-му числу… Стоп, стоп, такая идея. Нам все равно нужно принимать эти решения по всем положениям, и нам нужно будет собирать Пленум, и я потрачу время на это, но мы должны все в кратчайшие сроки решить, мы не можем размазывать это все по стенам. Мы должны собрать… если нам нужно будет собрать Пленум в июле, давайте его соберем в июле и уже с готовыми * по всем положениям, которые здесь есть. Опять соберемся, может быть здесь, если нас здесь примут. Примут нас здесь? Успеют к 17 числу сдать?
Ведущий: Дальше двигаемся. Положение о порядке приема, регистрации, учета, исключения из членов Союза кинематографистов, пункт 2/3. «Требуется три рекомендации членов Союза кинематографистов со стажем членства не менее 5 лет». Прошу изменить – две рекомендации и со стажем не более 3 лет.
– Правильно.
Караваев: Поддержали. Две рекомендации достаточно.
– Или одна руководителя.
Караваев: И здесь было такое, что «не имеет права члены правления давать рекомендации». Это сливки нашего общества, имеют право давать рекомендации члены общества и секретари тоже. А было записано, что нельзя. Например, мне одной рекомендации * достаточно было бы, если он рекомендует молодого режиссера. Куда там три? Третья была, после третьей, было еще рекомендация гильдии, где все это зависало, личностные отношения, и лежало все это годами и не принималось. Это отменили вообще.
Михалков Н.С.: Две рекомендации…
Караваев: Да, и член 3 года.
Михалков Н.С.: Не проблема и разрешение от *.
Караваев: Да.
Михалков Н.С.: И рекомендации могут давать члены правления.
Караваев: Члены правления и секретари Союза. Член Союза кинематографистов России может быть исключен из Союза кинематографистов Российской Федерации… вот здесь почитайте сами.
Михалков Н.С.: В случае систематической неуплаты членских взносов, а именно более двух раз подряд или с задержкой более месяца, три и более раз подряд в течение одного года. Но это * отточить. Но друзья, ведь мы же сейчас не принимаем это, мы обсуждаем с тем, чтобы на следующий пленум, у вас у всех на руках эти документы есть, мы подготовили консолидированные поправки к Положению.
Муж.19: Прошу обратить внимание на пункт Положения проекта приема, пункт 6.1. Здесь написано – «Членство может быть прекращено по письменному авто заявлению семерых членов Союза, незнание отсутствующих по суду». Но очень конфликтное положение. Ограничить признание члена Союза кинематографистов недееспособным или ограниченно дееспособным. Это нельзя. Потому что у человека инсульт, там, я не знаю, еще что-то, он временно недееспособен. Именно в тот момент, когда ему нужна помощь Союза, его отстраняют. И этот, я считаю, пункт нужно просто вычеркнуть.
Ведущий: Перехожу к списку приемной комиссии.
Муж.20: В связи с тем законом об общественных объединениях, пункт 2.4, я прошу поставить и принять к сведению, изменить документ о приемной комиссии * организациями * объединяющими не менее ста членов, потому что согласно закону «Об общественных объединениях» идет дробление организации Дальневосточной, Кавказской. Поэтому заменить не 150, а 100 человек.
– А то что?
Муж.20: А то, что у нас не будет таких организаций, кроме Москвы и Петербурга.
– И хватит, достаточно.
Муж.20: Я предлагаю, я предлагаю.
– Около ста нет больше ни одной организации.
Муж.20: Я предложил.
Модератор: Идем дальше. Записывайте это предложение, будет обсуждаться. Список приемной комиссии. Председатель Караваев, представили, от драматургов – Райская, Васильев, Володарский. Режиссеры: Нищенко, Кремнев, Майоров, Мирошниченко, Зонова, Харченко, Муратов Александр, Максимов Виталий. Операторы – Юсов, Климов, Попельянц Корженков, Люцин, Беленький, Соловьева, Заволоцкий, Мукасеев. Композиторы: Крылатов, Артемьев, Гурлядев Иван. Художники – Свинцицкий, Толкачев, Аронин, Амурский. Звукорежиссеры: Роднинская, Нигматулина, Бобровский. Актеры: Ташкова, Сотникова, Мирошниченко, Назаров Юрий, Яковлев Александр, Носик Владимир Домогаров Александр Глаголева Вера, Самойленко Александр. Мультипликаторы: Тарасов, Максимов. Организаторы кинопроизводства: Литвинов, Могилевский, Гундорина, Дудин, Попов, Белинская, Шаншиев. Кинокритики и редакторы: Разловов, Гращенкова, Золотухина, Лемешева, Шепотинник. Киноинженеры: Чаадаев, Гимпель. Если есть возражения против кандидатур, говорите, если нет, примем списком.
Михалков Н.С.: Будем голосовать по отдельному или списком?
– Списком.
Михалков Н.С.: Кто за то, чтобы объявленные в списке… Да.
– Московское отделение * высказать пожелание. Я понимаю, что все они москвичи *, почти все. Но все-таки Московское отделение имеет свое правление * все региональные отделения сами * Ввести * в правление Московского отделения ту или иную профессию, чтобы они присутствовали. Я говорю, там есть москвичи, но там нет из правления.
– Владилен Валерьевич, вы забыли, Московское отделение действует по Уставу Союза кинематографистов Росси и это значит, что все москвичи, которые там есть, это и есть Московское отделение.
– Я говорю, что все москвичи, да, там нету правления, из правления Московского отделения, которое, правда, еще не сложилось.
– Зачем?
Михалков Н.С.: Ну хорошо, когда сложится…
– Есть момент, который вы обращали * сказал, что Московское отделение не участвует, оно не нужно, потому что оно дублирует функции.
– Надо записать в решение правления право секретариата делегировать, обратно вопросы будут возникать, кто-то уходит, секретариат будет делегировать.
Михалков Н.С.: Это в решение писать?
– Конечно.
Михалков Н.С.: Хорошо. Общий список принимается? Кто за то, чтобы?... Кто против? Воздержался? Принято единогласно.
Модератор?: Есть и вновь вступающие, на правлении имеем право принять и в Союз кинематографистов. Оглашаю список. Анастасия Макеева, Театр Моссовета, Валерия Ланская, Светлана Каченкова, Александр Рабак, Максим Лагачкин. Это актеры. Художники по костюмам? Сергей Старучев, большие заслуги, сам знаю, каскадер Валерий Деркач, большие заслуги, гримеры: Александр Аббадаев, Петр Горшенин, Татьяна Мелькомова и Андрей Почаджи. Продюсеры: Леонид Демченко, Антон Калюжный, Андрей Малышев. Драматурги: Дмитрий Соболев Александр Молчанов Светлана Королева. Режиссеры: Ульяна Шилкина, Юзаев из Казани, рекомендован *, все, весь список.
Михалков Н.С.: Это новые молодые члены Союза, которые… то есть это претендующие на то, чтобы вступить в Союз, мы имеем право, как правление, их принять.
– Там два месяца лежат в приемной комиссии документа звукорежиссера из Екатеринбурга.
– Нет, это будет приемная комиссия этим заниматься. Вот сейчас приемную комиссию сделают, вот эти документы все оформлены. А те документы, которые лежат, принято решение, приемная комиссия в первую очередь будет заниматься.
– А документы Самары, они же тоже оформлены.
Михалков Н.С.: Спокойно, сейчас решим, решим, успокойтесь.
– Их нет сейчас здесь.
– Здесь нет, но они уже 2 месяца как оформлены.
– Извините, или тогда никого не принимать, или как-то… Что ж вы, вот например, из Новосибирска, ну, Барнаул, лежит уже больше года дело киноведа, она кандидат наук, она педагог, она имеет монограммы какие-то…
Михалков Н.С.: Кто конкретно стоит еще с документами, оформленными на очереди?
– У нас оформлены документы, молодые две совсем. Светлана Капушина, молодая она, оператор, операторский факультет и Олег Хон, это оператор, лауреат Госпремии Эйснер. У нас три дела лежит.
Михалков Н.С.: Три дела.
– Но они молодые все.
Михалков Н.С.: Понятно. Три дела. Сколько дел?
– Я * из Волгограда на прием одной молодой способной девушки. У меня все документы отданы.
Михалков Н.С.: Когда?
– Вчера.
Михалков Н.С.: Нет, подождет значит. Сколько лежат документы?
Жен.4: У нас в Самарские документы 5 лет Марк Лидят народный артист России, композитор, который в кино работает, он был оформлен *.
Михалков Н.С.: Хорошо. Документы правильно оформлены?
Жен.4: Правильно.
Михалков Н.С.: Всего четыре. Еще?
– Один человек, звукорежиссер, Столяров, оператор документы лежат, по-моему, уже больше *.
Михалков Н.С.: Записывайте фамилии подряд – Столяров. Имя, отчество? Алексей Столяров. Так.
– Сергей Владимирович Морзенко.
Муж.13.: А нет отказов?
– Нету.
Михалков Н.С.: Сергей Морзенко.
– Нет, нет, надо с них начинать. Дайте уже с них начнем по 10 тысяч, по 12.
Ведущий: Ребята, давайте, чтоб не было живой очереди, как в Думе, сейчас новое правление. Новому правлению представьте документы, будут безотлагательно приняты. Я отвечаю вам, перед следующим 15-го числа собранием, они будут членами Союза кинематографистов.
Михалков Н.С.: Давайте решим тогда, друзья. Мы не будем поступать неправильно. Я принимаю эту претензию к сведению, что по 5 лет лежат, это неправильно, тем более если это молодые люди, это просто неверно. Давайте договоримся так, вот этот список, который мы сейчас составляем с готовыми документами, на следующем Пленуме мы принимаем безоговорочно, чтобы не… Дело в том, что ну не надо делать… мы сейчас можем так – опа *. Они будут приняты в первую очередь, вот те люди, о которых сегодня идет речь. Сейчас я прошу утвердить оглашенный список, который уже оглашен. Да, пожалуйста.
– А вновь принятые которые будут, они в курсе дела, что будут платить по 10 тысяч?
Михалков Н.С.: Пока не приняли это еще, мы пока не приняли этого решения, ребята. Мы пока не приняли этого решения.
– Эти заплатят, у этих есть, эти смогут.
Михалков Н.С.: Кто за объявленный список приема в члены Союза кинематографистов? Кто против? Воздержался? Единогласно. Спасибо. Значит, друзья, у нас есть Положения, которые звучат так – «О порядке уплаты вступительных взносов» говорили, «Об этических нормах поведения членов Союза кинематографистов Российской Федерации», «О порядке образования и функционирования комитета по этике», «О порядке приема и регистрации учета и исключения» говорили, «О порядке образования и функционирования приемной комиссии» говорили, «О порядке образования и функционирования фонда помощи малоимущим членам» не обсуждали, но у вас на руках эти документы, «О порядке образования и функционирования фонда помощи малоимущим» это то же самое? Да, это одно и то же. У нас не обсужденными остаются Положение «О порядке образования и функционирования комиссии по этике», «Об этических нормах поведения членов Союза кинематографистов Российской Федерации», «О порядке уплаты вступительных и членских взносов» мы это обсуждали. А? Нет, не только. «О порядке образования и функционирования фонда помощи малоимущим членам» и «О порядке приема, регистрации (это важно) и учета и исключения из членов». Что здесь нового, и о чем бы я хотел, чтобы вы подумали.
– Никита Сергеевич, а о филиалах мы будем говорить, о провинциалах?
– Мы же говорили.
Михалков Н.С.: Мы только этим и занимаемся…

Марина Иванова: У меня просьба дать мне пару слов.
Михалков Н.С.: Пожалуйста.
Марина Иванова: Марина Иванова, Саратовское отделение. Спасибо за то, что дали слово. Я возглавляю отделение, которое, тут вот как раз вопрос об этике и об исключении из Союза, которое целиком и полностью подписал, Съезд смотрел по телевизору, подписал, значит, заявление о том, что они Хуциева считают председателем Союза. Это к вопросу об этике, поскольку каждая несчастная семья, вы знаете, несчастлива по-своему, у нас на то были свои причины. Несколько лет тому назад, в частности, в 2004 году, мы исключили из Союза у себя двух людей, которые, в общем, по сути захватили нашу студию, и был очень большой скандал, Клим Анатольевич помогал нам, Сергей Владимирович нам помогал, и, в общем, сделать мы ничего не могли. Студия эта сейчас, еще не достигнув стадии приватизации, распродана вся дотла. Почему мы, собственно, выбрали людей, которые 2 человека, главный редактор и директор этой студии, потому что они были очень близки к властям, отделение наше Союза жило очень плохо, бедно и немощно, и как-то мы бы сохранились, на студии у нас было помещение. Как только наступило акционирование, Союз со студии выгнали, естественно, и поскольку Клим Анатольевич принимал в этом активное участие во всем, мы сказали, да, мы поспешно очень приняли в Союз, думая, что мы теперь друзья навеки. И мы, будучи с Дмитрием Алексеевичем *, как-то у него сказали, Клим, давай их исключим из Союза. Уж повинимся, что мы поспешили, на что Клим нам сказал: «Исключайте». Мы их исключили из Союза, естественно, я там давала в Саратове какие-то интервью газетам, город весь гудел, потому что студия рождения 2193-го года, и со студии поперли всех абсолютно, кстати сказать, вот сегодня у нас наиболее молодые люди, как ни странно, старики-то еще на пенсию живут, а молодые люди вообще остались, потому что, кроме кино, ничего не умеют делать. И остались все вообще без работы, кто уж там гордость свою превозмог, ушел в продавцы. Но дело все не в этом. Дело все в том, что мы их исключили из Союза, начались суды, год судов. Я просто год жизни отдала этим судам. Клим Анатольевич прислал 10 000 на адвоката. Не нашли его за такие деньги, даже в Саратове, и благополучно пустили их на материальную помощь. Но дело все не в этом. Я ему возила очень долго, очень долго просила слово в секретариате, надо сказать, что вообще Клим Анатольевич избирает отношения с людьми по принципу личной преданности. И все мы регионалы для него были такой своеобразной пехотой. Он нас собирал, и вот эту пехоту выставлял в бой, когда надо было голосовать, как надо, что мы исправно делали, потому что он на полном серьезе сделал для нас очень много. За что мы ему благодарны. Вот с этим исключением произошла какая-то удивительная история. Документы исчезли из отдела кадров, я спросила, куда исчезли документы, - их забрал Клим Анатольевич. И Клим Анатольевич как-то спустил все это дело на тормозах. Сейчас, поскольку я считаю, что я не вправе быть членом правления, поскольку мое отделение так уступило, в общем. Да, не во многом, мы написали это письмо из обиды на Клима Анатольевича. Потому что сколько это раз, пять раз обещал приехать и рассказать нам, да? Пять раз. Я приезжала пять раз и было: ребята, Клим приедет, он все расскажет и расставит по своим местам. Пять раз. Клим был в Самаре, думали, ну всё, приедет. Нет. Клим не приехал. То есть мы ему стали как-то не интересны, два этих негодяя прекрасно существуют на правительственные деньги, в связи со своей дружбой с властью устраивают фестиваль с соответствующим названием, «Саратовские страдания» он называется. Благополучно печатают пиратские копии на студии всех работ, которые они за собой пока оставили. В общем, все нормально. То есть они к кино не готовы, там сейчас не снимается, они не выигрывают эти гранты. И более того, меня недавно вот выбрали, я уже тринадцатый год пошел, как я председатель правления Саратовского отделения. А поскольку дама эта стала советником министра культуры, то она – вдруг к нам на собрание на отчетно-выборное, чего никогда не было, приходит из правительства, там, высокий чиновник из Минкульта, - и оказывается, эта дама пришла, правительство устроило дикую истерику, что у нее есть своя кандидатура на пост председателя правления. И я, откровенно говоря, согласилась стать председателем только для того, чтобы они не попали и не захватили еще и отделение Союза. Сейчас я хочу сказать, что я слагаю с себя полномочия председателя, я очень рада, что Луньков попал в секретариат и, видимо, попадет в правление. Единственное, ты очень давно, Клим, у нас не был, не в курсе, что Лунькова мы привозим и увозим на наши мероприятия. Но, может быть, в Москву согласится ездить, потому что ему надо просто ложиться в клинику и лечиться, может быть, он это сделает и в Москве.
– Скажите, а вы его не уговорите не ехать? Вы его уговорили? По поводу декабря и по поводу…
Марина Иванова: Я никого не уговаривала. Я сказала, что это дело каждого. Я не хочу вообще препираться. И еще я прошу, Клим Анатольевич останется заниматься, видимо, регионами. А преданности вот такой вот, как прежде, я уже такой преданной быть не могу. Не хочу быть вот этой пехотой и пушечным мясом. Спасибо Союзу большое за всё. Кстати сказать, мне кажется, что вот эти вот какие-то надуманные совершенно проблемы по этике, как Никита Сергеевич совершенно справедливо говорит, есть суд. Какая этика? Эти документы, мне кажется, их даже рано на правление выставлять. Они какие-то страшные, эти документы, на мой взгляд.
– Этика в том, что ты членов Союза сейчас обозвала негодяями.
Марина Иванова: Кого? Зорину с Ванюшиным?
– Да.
Марина Иванова: Они негодяи.
– Ну, вот и всё, вот и всё.
Марина Иванова: Да, на мой взгляд. На мой взгляд, они не члены Союза для нас. Они не члены Союза. Мы их исключили единогласно. Спасибо.
Марина Иванова: Кстати, вопросы, которые мы решаем сегодня, мы совершенно спокойно могли бы решать и *.
Булат Юсупов: Здравствуйте. Булат Юсупов, Уфа. Я хотел бы сказать несколько слов, благодарю за приглашение, но мы обсуждали сегодня и вопросы цели и вопросы юридической безопасности, что, конечно, здесь очень много манипуляций было. Мы говорили об этике, мы говорили о каких-то цифрах. Ну, и, мне кажется, сегодня, поднимая вопрос о гонорарах, все-таки встает вопрос, а откуда эти гонорары брать? Ну да, взносы, извиняюсь. Сегодня, мне кажется, никто не говорит о производстве. То есть сегодня мы в регионах зависим от директоров студий, от министерства культуры. И сегодня, мне кажется, как мне видится, перспектива участия в Союзе, перспектива, чтобы сюда пришли молодые режиссеры, - все-таки должен быть какой-то инструмент, который позволил бы Союзу влиять на производство в России. Может, это громко сказано, но мне кажется, что есть какие-то рычаги. Я думаю, что правление должно в этом принять активное участие. Потому что если будет брак производства, если не будет станка, который стучит каждый день, все превратится просто в организацию. Спасибо.
Михалков Н.С.: Спасибо.
– Никита, могу я?
Михалков Н.С.: Да, пожалуйста.
– Коллеги, извините, что я вышел. Понимаю, все хотят обедать. Но я, во-первых, не мог не выйти, потому что здесь много ВГИКовцев и есть мастера-педагоги наши. Конечно, мы благодарны Никите Сергеевичу за то, что он дожал вопрос о финансировании ВГИКа. И некоторые подходили ко мне и говорили: как это так? Пришел Михалков, поговорил с Президентом, и вот вам 4 миллиарда. Всей истории два года. Еще при Президенте Путине на собрании Никита Сергеевич поднимал этот вопрос, наши мастера писали много всяких обращений. И, наконец-то, мы добились. Добились не себе на зарплаты, это новое здание, строительство нового здания ВГИКа, и уже в этом году мы мощно перестраиваем студию, технически переоснащаем, чтобы новое поколение кинематографистов были подготовлены к жизни, в частности, к продюсерскому кино. Уже учиться им некогда будет, как раньше учились мы, когда приходили по направлению на студии. Теперь уже они должны выходить и всё уметь, все знать, иначе продюсер их просто не возьмет. И я вышел еще и потому, что сегодня как-то мы все время возвращались к тому, что было. Вот знаете, а вот этот это сказал, а вот этот это сказал. Вот мне кажется, что если нам двигаться вперед, то надо какую-то черту уже подвести. Ну прошло, ну остались обиды, осталось неудовлетворение какое-то, но вот настало время созидания, и новый Союз должен быть сильным Союзом. Наш лидер, должен быть у Союза сильный лидер. Так оно и есть. И сейчас сила Союза в чем? Иногда говорят, а зачем вообще Союз нужен? Ну вот затем, должен принимать активное участие и активную занимать позицию в любом вопросе, который происходит в кино. Только тогда Союз будет силой. Вот сейчас я, может быть, и не лишнее, вот услышал эту перепалку двух уважаемых кинематографистов из Саратова. Неприятно это слышать все равно. Но мне кажется, вот сейчас надо подумать и кого-то в Саратов, прямо, как говорится, нейтральных людей туда просто направить, чтобы на месте посмотреть, и тогда это будет понятно, что мы занимаем определенную позицию и хотим помочь разобраться нашим коллегам. Другой вопрос. Вот сейчас министерство образования уже обратилось к Президенту с новыми правилами стандартов по обучению студентов. Знаете, что там написано? Министр образования: актеры не будут уже специалистами, как всю жизнь их обучали, они будут бакалаврами. Вот на уровне бакалавров. Режиссеры – будет одна профессия, не будет там театрального режиссера, режиссера кино, режиссера массовых мероприятий. Будет один режиссер. Вот стандарт. Значит, художники. Художники не будут ни по костюмам, ни по тому-сему, будет одна специальность – художник-живописец. И всё. Вот Минобр за нас уже всё решил, кто в 21 веке будет обучаться и кто будет выходить из учебных заведений. Ну как, дело это Союза?
– Дело.
– Конечно, дело. Понимаете? Потому что, к сожалению, Министерство, наше Министерство культуры, не всегда активную позицию занимает. Но если мы сами, кинематографисты, сейчас это не выразим как-то, и протест, и активную позицию, через 2 месяца родится документ, который потом ничем не свернешь. Это просто два маленьких примера из жизни. Поэтому я призываю, чтобы быть Союзу сильным, с активной позицией, и тогда кончатся все обсуждения, зачем он вообще нужен. И еще одно. Мы вчера поговорили с Никитой Сергеевичем, с коллегами, с * Сергеевичем. Я думаю, что, может, члены правления вообще могли бы обратиться ко всем членам Союза и которые, как говорится, в оппозиции, и кто угодно и где угодно, что у нас есть желание работать, что у нас есть желание созидать и желание, чтобы Союз был сильным. Ребята, кто желает, приходите! Вот еще один раз призвать к некоему объединению. И кто-то был обманут, дезинформирован и так далее. Вот чтобы снять всё, как говорится, грех с души, мы здесь, они там и так далее. Там тоже есть очень много наших коллег, наших друзей, заметных кинематографистов. Есть какие-то непримиримые, которые только свои личные цели преследуют. И это понятно. Но есть много людей, которым все-таки надо еще раз сказать: «Ребята, приходите, будем работать вместе на сильный Союз, на сильный кинематограф и забудем эти все распри». Давайте найдем, мне кажется, такое обращение было бы нормально расценено, что мы не сводим ни с кем счеты. Да, мы победили, но победитель должен быть иногда и справедлив, и не иногда, всегда справедлив. Но иногда должен забывать, как переступить, может, через себя, какие-то мелкие уколы можно забыть. Подлость – никогда. Всё, что я хотел сказать.
Жен1: Вопрос в том, что считать подлым, а что *?
– Я вообще скажу, что это очень легко определить.
Михалков Н.С.: Ну, я думаю, что, я, собственно, с этого и начал наш пленум, я готов к диалогу. Я не готов продолжать собачиться и не буду этого делать. И убежден совершенно, что все равно, так или иначе, им придется либо принимать действительность как данность либо отказаться от этого и не идти с нами. Но я не вижу в этом смысла, потому что если Союз работает так, как он дожжен работать, бог даст, то это будет выгодно всем. Но тоже надо и думать, что тот, кто побежит к пирогу, когда уже поймет, что это вкусно и сладко, а до этого все время мешать работать, то тоже не думаю, что согласимся с тем, чтобы этих людей за свой счет кормить. Я в данном случае, как справка, хочу сказать, что регионами будет заниматься у нас Владимир Емельянович Арсеньев, так что не думаю, что здесь будут… конечно, будут возникать всякие ситуации непонимания и так далее, но я согласен с тем, что регионы очень часто бывают забыты, понимаю вас. Обещания давать, скажем, что везде побываем срочно, сейчас не могу, потому что снимаем картину. Но то, что мы ни одного решения не примем без участия регионов, что ни одно положение не будет утверждено без того, чтобы учесть мнение регионов, - это я вам обещаю. Это совершенно однозначно. Что касается членства в Союзе. Во-первых, я хочу, чтобы вы знали, что нами принято решение, ну, я выношу это просто на ваш совет, о полной инвентаризации Союза. Полной инвентаризации. Потому что уже никто не понимает, кто где сидит, кому это принадлежит, что это, сколько там квадратных метров, чем занимается этот человек, ходит ли он вообще на работу, за что он получает зарплату – это все-таки не понятно. Просто не понятно. Существует какая-то такая теплая мышиная нора, куда все лезут, ну, там что-то такое происходит, варится, свет зажигают, включают, мы платим за это, а чего они там свет зажигают, зачем они зажигают, что они там пишут, зажегши свет, и на кого – все это не понятно. Поэтому нужна полная инвентаризация Союза, аудиты во всех организациях, мы прекратим эту порочную практику, * сказал очень хорошую точную фразу – не буди лихо, пока тихо. 11 лет никого не трогали и верили тем людям, которые говорили, что это нужно для дела. Потому выясняется, что * нас покинул, не платя ни копейки Союзу, использует свои площади, данные ему бесплатно, и сдает их 7 организациям. Семи организациям по субаренде! И еще получает два гранта государственных! Ну это совсем ни в какие ворота, ну как? И еще после этого устраивают то, что они устроили в декабре, ну, это просто какое-то, непристойно просто. Непристойно! А это ни много, ни мало – около 450-500 тысяч долларов в год. Это все – союзные деньги.
– Ну, они же сами на себя и заявили.
Михалков Н.С.: Они сами на себя и заявили. Поэтому там будет проходить аудит, и мы прекращаем все это, больше я не верю словам о том, что Никита, дай, иначе журнал умрет. Умрет – значит, пусть умрет.
– *.
– Громче!
Михалков Н.С.: Не знаю, кстати говоря. Вопрос создания театра киноактеров, тоже надо понять, что там происходит. Короче говоря, будет проведен полный аудит и инвентаризация деятельности Союза. Думаю, что только этих денег уже может хватить на очень много хороших новых зданий. Притом, *, не могут люди поверить, что можно не красть, * не готов. Я готов. Ведь что *? Что *, мы тебя не тронем. Мне предложили, не скажу, кто. Молодой, еще и не член Союза! Но уже просил передать через мою дочь, скажи Никите Сергеевичу, мы ему и фестиваль оставим, и «орла» оставим, все будет нормально, пусть все, ходит спокойно. О! вот на каком это уровне все происходит, ребята! То есть абсолютно ощущение, что *. Ну, а остальное придется оставить, конечно. А когда выясняется, что это всё не так, и вдруг выясняется, что ой-ой-ой, ой-ой-ой, вот не будите лихо, пока тихо. Договора, которые были заключены, они заканчивают свое действие, и мы не будем их перезаключать. Все арендные платы будут оставлены по старой, поставлены на ту грань, которая сегодня удобоварима. А кто получал, если кто-то получал, может также и дальше экономить, они могут за это ответить совершенно на равных со всеми теми, кто им давал. Поэтому у меня нет никаких приоритетов, никого скрывать, прикрывать я совершенно не намерен. Предложите. Я же говорил на съезде. Ведь не предложили же! Может, я бы и согласился. Но не предложили. А не предложили потому, что страшно предлагать, потому что когда ты предлагаешь и есть опасение, что откажут, уже ты сам *. А когда *, «да ты что»! значит, он будет за мной следить, поэтому и не предлагают. *. Какая замечательная система! В этих положениях вы увидите предложения по подсчетам членства в Союзе. Я понимаю, что нельзя наспех делать, мы должны, я прошу вас всех, мы отдали, у вас у всех в руках эти документы. Я прошу, Михаил Юрьевич, я прошу вас разослать эти документы нашим коллегам, которые сегодня не присутствуют. И я прошу вас всех в недельный срок свои предложения попунктно отправить Сергею Ивановичу. В недельный срок вот с этим не согласен, с этим согласен, с этим согласен. Мы это проанализируем, сделаем поправки, где посчитаем нужными эти поправки, и заведомо до пленума вам сдадим. Те, кто будут не согласны, с тем мы объясним, почему предлагаем так или иначе. Самое стремное, как говорится, самое серьезное, конечно, это уплата взносов. Это дифференцированная вещь, она самая огнеопасная. Но в любом случае я думаю, что мы сумеем найти какой-то консенсус, сумеем найти какую-то возможность договориться с тем, чтобы изменить положение, оно унизительно, 300 рублей в год – ну, это просто ужасающе. Организация Фонда помощи, в том числе и перерегистрация – мы должны понять, кто реально нуждается, кто нет. Вы должны провести ревизию среди членов Союза. Я не имею в виду ревизию с целью кого-то обидеть. А я считаю, что нужно провести ревизию, чтобы понять, кто в каком состоянии находится. Кто вообще жив, правильно говорю, кто живой, кто не живой. Мы узнаем только потом, через время. И мы будем проводить обмен билетов. То есть для того, чтобы просто заново, и молодые будут приходить, и мы поменяем билеты, чтобы выявить наконец-то конкретную картину того, кто входит в члены Союза, сколько их осталось, кому надо помогать, кого надо освобождать от уплаты взносов, а кто может платить взносы больше, чем *. Поэтому эта * работа, она рутинная, но я очень надеюсь, что рутинную работу в продторговых и комсомольских организациях Валерий Иванович нам поможет сделать в достаточной степени качественно. Зиночка, дайте Зиночке…
Зинаида: Я уже перегорела.
Михалков Н.С.: Как ты можешь перегореть?
Зинаида: Мое выступление не для микрофона. Не потому, что оно будет какое-то неприличное, нет. Не по теме. Хотя вопрос морали всегда в тему. Тем более сегодня столько касается именно морали, состояния нашего общества и каждого из нас в отдельности. Я, к сожалению, или, может быть, так случилось, прочитала статью жуткую, кто хочет почитать подробности, я тороплюсь, это «Мир новостей» последний. Читайте там, что творится под Ленинградом. Окошко, куда хотели связать блокадный Ленинград с землей, и там полегло на каждом метре квадратном 17 солдат. А теперь приехала какая-то руководитель, они всячески от этого отбрыкиваются, это ж надо средства тратить, хранить, вынимать оси, приехала воинская часть. Она в этом месте поставила, ну, там место не такое, гораздо побольше, там все укатано *, построили свинарник, свинарник не оправдал себя – забросили его, уехали. Теперь чуть-чуть подальше двое дельцов начали рыть экскаватором эту землю вместе с костями, так и написано, и продавать в Ленинградской области аграриям. Те с удовольствием покупают, всё удобрено. Когда к ним обратились, к этим людям, они говорят – а это наш бизнес. Какая разница? Эти два дельца или та воинская часть. Где есть офицерье, где есть люди образованные все-таки, грамотные, для которых для воинов все равно, что было здесь и сколько там лежит солдат. Вчера смотрела ваш фильм. На меня тем более, просто, знаете, я еще от этой статьи, я ее прочитала, я не могла отделаться. И когда посмотрела то, что вчера показали, я удивлена, честно скажу, и потрясена в определенной степени, глядя на вас на экране. Все ваше преображение, которого я никогда не ожидала и не ждала. И кончается фильм, этот молодой мальчик, который лежит, у которого тут всё уже, не существует, а глаза еще смотрят, это юное лицо, мне хотелось этого мальчика и всех там, во мне поднялось какое-то чувство, не знаю, гражданское или женское, больше материнское, наверное. И этого солдата, этого генерала, который отец солдата, просто обнять и расцеловать, и я не знаю, как. Просто себя отдалить от того, что они сделали. Это очень тяжелая была для меня миссия. Еще вы не пришли. Я думала, я тут часть своих чувств изолью на вас. А вы не пришли на вторую половину ужина. И теперь такой переход к слову о безразличии, без духовности, без морали погибал бы Союз. Слава Богу, когда уже клюнул петух в определенное место, собрались в этом огромном зале, во Дворе гостином, сейчас каждый Союз, каждая организация по-своему распадается, страдает, и я должна сказать, не знаю, как в Союзе, какая работа ведется, потому что не бываю там по необходимости и просто, а по призыву тем более. Не знаю, какая там ведется работа, *, я знаю, что в Центральном Доме работников искусств, которому в будущем году в феврале будет 80 лет, ведется огромная работа с населением, и тот же ВГИК у нас по нескольку раз бывают со своими работами молодые, со своими спектаклями. В Центральном Доме работников искусств. По воле судеб мне пришлось согласиться взять на себя после того, как у нас долго было безвластие, после ухода Лепешинской, и я взялась быть председателем этого Дома. Нужен, конечно, такой человек, как Никита Сергеевич, который не только ВГИКу бы помог, помог Центральному Дому работников искусств. Я думаю, вот и Сережа знает, нет актера и режиссера, достойного зрительского внимания, которые бы не были в этом Доме. Которые бы там свое искусство не показали. И публика, которая туда приходит, и молодежь, и пожилые, конечно, люди счастливы. Есть еще одно место в Москве, куда можно прийти даже бесплатно. Или какие-то проводятся мероприятия за копейки. К чему я? Если Союз существует, а он существует, слава Богу, набирает, хотелось бы верить и помогать этому, силу, что он не должен остаться в стороне от судьбы Центрального Дома работников искусств. Может быть, я вам персонально скажу, что произошло, потому что я не могу отнимать время, и сколько времени это длится. Два года мэрия держала нас в неведении, потому что мы решили, была масса конкурсов на восстановление старого, основного здания, и так вопрос был открыт. И сейчас у нас так ждут, когда обвалится, этот памятник архитектуры и культуры и когда его накроют шатром. В буквальном смысле этого слова, потому что есть такая организация «Шатер», торгово-культурная. Я просто обращаюсь к вам и ко всему правлению, чтобы вы имели в виду, если погибнет эта организация, это очень большой урон и ущерб для культуры в целом, потому что я сейчас историю *, и то, что там происходит в этих невероятно трудных условиях, это должно быть поддержано обязательно. И особенно такими людьми, которым мы доверяем, как Никита Сергеевич Михалков.
Михалков Н.С.: Зина, вы напишите, пожалуйста, это не в Союз кинематографистов, а напишите это на имя Совета при Президенте по культуре и искусству. Я имею к этому отношение, потому что это вопрос не Союза. Напишите письмо нормально, * с просьбой, и я передам его Лаптеву, который занимается этим делом. И я думаю, что…
Зинаида: Столько писем написали. Хорошо, я сейчас запишу, кому.
Михалков Н.С.: Общественное объединение, это Совет по культуре и искусству при Президенте Российской Федерации.
Зинаида: Мы Миронову отдали письмо, но вроде помощница его сказала, что якобы пошло к Президенту и Председателю Правительства.
Михалков Н.С.: Вы напишите, напишите.
Зинаида: Номер документы *, я не знаю.
Михалков Н.С.: Я его в руки отдам.
Зинаида: Хорошо.
Михалков Н.С.: Я прошу еще секунду – проголосовать, за то, чтобы наша Зиночка вошла в секретариат, потому что это важно, чтобы она была с ее темпераментом. Потому что тот, кто *.
Зинаида: Я не для этого.
Михалков Н.С.: А я для этого. Кто против? Кто воздержался?
Муж6: Знаете, члены правления из регионов, мы просим вас подняться на 2 этаж, где пресс-центр, вы там сможете оформить все соответствующие формальности уладить и какие-то там копейки получить *.
Михалков Н.С.: Секунду, ребята. Давайте закончим это официальное. Клим, запиши, пожалуйста, здесь тот, кто считается *.
Наталья Кириллова: Наталья Кириллова, киновед, критик, педагог, менеджер. Город Екатеринбург. Предложение вот какого рода. Оно напрашивалось тогда и на съезде, мне кажется, нам необходимо создать комиссию или совет при Союзе кинематографистов * образования работы с молодежью. Вопрос назрел, вопрос очень острый, очень сложный. Речь идет не только о профессиональной подготовке наших специалистов, а о формировании нашего зрителя. Не случайно пункт № 4, который сегодня Владилен Борисович упоминал, гласит «влияние * искусства, молодежь первостепенна». Ну вот по сути, цифра 15, 15 июня, названа, я думаю, что, посоветовавшись с Владимиром Сергеевичем, и у нас сейчас *, во многом и с моей легкой руки, Федоров Александр *, президент * ассоциации.

Plenum_20_Mihalkov_18.05.09